«Судебный процесс у нас в стране будет теперь не состязательный, а розыскной»

Аделаида Сигида
15 сентября 2017 в 00:39

Засудить – раз плюнуть: в Россию приходит инквизиция

Правительство подготовило изменения в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Если их примут, то до 95% уголовных дел можно будет рассматривать... без экспертиз и доказательств.

----------------------<cut>----------------------

ОСОБЫЙ ПОРЯДОК СТАНЕТ НОРМОЙ

Речь идет об упрощенной форме уголовного судопроизводства, которую предлагается применять к большему числу составов преступления. Особый порядок судебного разбирательства (глава 40 УПК РФ) ввели еще в 2001 году.

«Доказательства при особом порядке рассмотрения дела не нужны, — комментирует глава агентства «Российское право» Алексей Самохвалов. — Вместо показаний свидетелей, экспертиз и так далее в деле лежит одна-единственная бумажка — о том, что обвиняемый во всем сознался и полностью признал свою вину».

Особый порядок в судебную систему ввели во многом в целях экономии. Так, почерковедческая экспертиза обходится государству в среднем в 10-20 тыс. руб., столько же стоят экспертизы голоса и видеоизображений, баллистические экспертизы — в среднем 30 тысяч. Самые дорогие экспертизы — генетические исследования биоматериалов. Их цена может доходить до 200 тыс. руб.

Экономит государство при особом рассмотрении и на оплате работы следственных органов, прокуратуры и суда.

«Если при рассмотрении дела в обычном порядке следователю приходится полгода, а то и больше, собирать доказательства, опрашивать свидетелей, проводить экспертизы и так далее, то при особом порядке любое преступление «раскрывается» за час — достаточно правильно объяснить подозреваемому, что согласиться на особый порядок рассмотрения — в его интересах», — говорит Алексей Самохвалов.

За 16 лет государство так гналось за экономией, что особый порядок стал применяться чаще, чем обычный, — сегодня в особом порядке рассматриваются 67% всех уголовных дел. То есть вина двух третей сидельцев следствием не доказана, просто следователи «убедили» их признать свою вину.

«Население у нас в правовом плане в основном безграмотное, — поясняет глава Ассоциации адвокатов России за права человека Мария Баст. - Следователь говорит Васе: или ты соглашаешься на особый порядок, во всем признаешься и тебе дают две трети срока от максимального, или я тебя укатаю на полную катушку. И Вася, конечно, соглашается на особый порядок, ведь чтобы доказать свою невиновность, ему надо нанимать адвоката, проводить независимые экспертизы, а это стоит сотни тысяч рублей — у среднестатистического Васи таких денег просто нет!»

Согласно изменениям в УК, которые предлагает правительство, нынешний максимальный срок, при котором разрешен особый порядок рассмотрения, планируется поднять с 10 до 15 лет. А это почти все преступления, включая особо тяжкие. Итого, по подсчетам экспертов, особым порядком можно будет рассматривать до 95% всех уголовных дел!

КРУГОМ ОБМАН, ОДИН ОБМАН?

Авторы законопроекта уверены: особый порядок есть высший гуманизм. И преступник доволен, что ему скостили срок, и жертва — ведь преступление против нее расследовали легко и быстро.

«На самом деле подозреваемый обычно ничего не выигрывает, — комментирует адвокат, кандидат юридических наук Оксана Филачева. — Ведь и при обычном порядке рассмотрения обвиняемому редко дают максимальный срок. Мало того, все чаще суды в обычном порядке назначают наказание ниже низшего. Недавно черного риелтора, отнимавшего у стариков квартиры мошенническим путем, приговорили к трем годам вместо десяти. Дал судье взятку? Интересный вопрос. Свечку, как говорится, никто не держал».

Выгода особого порядка рассмотрения для жертвы также неочевидна. Что хорошего в том, если вместо настоящего обидчика на скамью подсудимых отправится тот, кого было легче уломать?

При этом наши законодатели любят ссылаться на международный опыт.

Засудить – раз плюнуть: в Россию приходит инквизиция

«За рубежом всегда существовала такая юридическая норма, как сделка со следствием, — продолжает Алексей Самохвалов. — Но там преступление все равно расследуют. Не бывает так, как у нас, чтобы преступник сознался — и все, радостно расследование прекращаем! А может, он выгораживает настоящего преступника и берет вину на себя? Может, это самооговор ради спасения любимого человека, родственника или, быть может, материальный расчет?»

Наше правосудие с точки зрения международной практики — это настоящий юридический нонсенс. Глава 40 УК РФ даже и не предусматривает сотрудничество со следствием — достаточно всего лишь написать заявление о том, что признаешь свою вину и просишь рассмотреть дело в особом порядке.

ОБЖАЛОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Год от года отмечается значительный рост количества дел, рассмотренных в особом порядке, по тяжким преступлениям.

«Одним словом, если раньше следователи расследовали хотя бы убийства, то теперь и эта категория дел делается по принципу тяп-ляп и готово», — комментирует Алексей Самохвалов.

Главный подводный камень такого правосудия — невозможность обжаловать вынесенный приговор.

«А что он будет обжаловать? — продолжает Самохвалов. — Ведь в деле лежит всего одна бумажка — что он полностью признал свою вину. То есть обжаловать попросту нечего».

Допустим, спустя несколько месяцев или лет осужденный решает сделать заявление о том, что полностью невиновен, что он оговорил себя под давлением следствия. При обычном рассмотрении дела оно может быть пересмотрено заново. А при особом — уже нет.

«Экспертизы не проведены, труп давно сгнил, свидетель умер — одним словом, все концы в воду. Как показала история с задавленным «пьяным мальчиком», у нас в стране и так следственное дело поставлено из рук вон плохо: экспертизы подделываются, следователи и судьи подкупаются. А теперь у нас даже такого следствия не будет. Это конец криминалистики и правосудия», — уверен Самохвалов.

Массовое введение особого порядка, по сути, отменяет в России суды присяжных — раз доказательства не собраны, то и присяжным просто нечего рассматривать.

«Судебный процесс у нас в стране будет теперь не состязательный, а розыскной», — комментирует Мария Баст.

Она напоминает: понятие состязательности в суде возникло во времена Римской империи, когда вину обвиняемого требовалось еще и доказать. Затем в Европе в Средние века судебные процессы стали розыскными.

«Они еще назывались инквизиционными. Достаточно было найти преступника, потом его просто пытали, выбивали признание и казнили. Сейчас мы возвращаемся к временам инквизиции», — заключает Баст.

Аделаида Сигида.

ТАСС/С. Коньков.