Агропромышленный комплекс должен стать локомотивом экономического развития страны

Уровнем развития сельского хозяйства (единственного, по сути, источника обеспечения продовольственной безопасности) определяется эффективность ведущих систем обеспечения суверенитета и независимости России.

Вместе с тем, текущие ключевые показатели функционирования этой стратегически важной отрасли народного хозяйства, свидетельствуют о том, что наш агропромышленный комплекс продолжает «скатываться в пропасть», и в первую очередь по причинам несостоятельности управленческих решений, принимаемых в данной сфере на высшем государственном уровне.

----------------------<cut>----------------------

Разруха на земле

Мною не раз ставился вопрос об ответственности Правительства за созданную рукотворную кризисную ситуацию в АПК, за проводимую антикрестьянскую политику, проводимую на протяжении последних 23 лет.

Мы все прекрасно помним, что совсем недавно вклад АПК в ВВП составлял более 20%. Сельское хозяйство надежно обеспечивало сырьем промышленные предприятия. В стране работало 18 тыс. совхозов и 30 тыс. колхозов. В них трудилось более 3 млн. высококвалифицированных специалистов. Совхозы и колхозы обеспечивали работой десятки миллионов человек в других отраслях народного хозяйства. На селе активно строилось жилье, школы, инфраструктурные объекты. Только автомобильных и внутрихозяйственных дорог с твердым покрытием ежегодно строилось по 70 тыс. км.

Видя сегодняшнюю разруху русского села, кубанской станицы, сибирского хутора, еще раз убеждаешься в необходимости смены проводимого курса, смены управленческих решений в АПК.

Во-первых, необходимо пересмотреть систему государственного управления основными фондами агропромышленного комплекса, и в первую очередь — земельными и почвенными ресурсами, состояние которых на сегодняшний день просто неприемлемое.

У нас уже более 49% земель сельскохозяйственного назначения подвержено различным процессам деградации. Почвы стремительно утрачивают плодородие. Остро стоит вопрос спасения наших уникальных черноземов.

По официальной статистике уже более 100 млн. га территории охвачено опустыниванием, 65 млн. га страдает от водной и ветровой эрозии, 23 млн. га переувлажнено либо заболочено, 38 млн. га подвержены засолению. Общая площадь оврагов превысила 900 тыс. га. Около 41 млн. га пашни выведено из севооборота и заросли бурьяном, высасывающим из почвы последние соки.

Все это в комплексе привело к тому, что ежегодные потери плодородного слоя превысили 1,5 млрд. тонн питательных веществ.

Ситуацию осложняет негативное антропогенное воздействие на почвы. Так, только нефтяному загрязнению в России подверглось десятки тысяч га территории. Площадь же земель, загрязненных в результате выбросов в атмосферный воздух, сбросов загрязняющих веществ в водные объекты, а также в результате размещения отходов производства и потребления, в сотни раз больше.

Программы есть – результатов нет

Учитывая приведенные цифры, принимая во внимание объективные масштабы проблемы, меры, принимаемые правительством в целях сохранения и восстановления плодородия почв, выглядят явно недостаточными.

Ярким примером тому служит действующая Федеральная целевая программа «Развитие мелиорации земель сельскохозяйственного назначения России на 2014-2020 годы», определившая в качестве важнейших целевых показателей ввод в эксплуатацию всего 851 тыс. га мелиорируемых земель (например, Китай и Индия ежегодно вводят 1,5 млн. га мелиорируемых земель), защиту 664 тыс. га земель от водной эрозии, затопления и подтопления, а также защиту 1 млн. га от ветровой эрозии.

Зададим вопрос: когда в Российской Федерации будут те работающие в Советском Союзе 12 млн. га мелиорируемых и осушенных земель? Сегодня в России около 2 млн. га таких земель, притом, что в США в период с 1990 года количество мелиорируемых земель удвоилось и составило более 22 млн. га.

Кроме того, в 2013 году приказала долго жить Федеральная целевая программа «Сохранение и восстановление плодородия почв земель сельскохозяйственного назначения и агроландшафтов как национального достояния России». Деньги истрачены, а ситуация изменилась лишь в худшую сторону.

Одним из ее показательных результатов явилось снижение в 6-10 раз (по сравнению с 1990-м годом) объемов внесения минеральных и органических удобрений. Так, если в 90-м году было внесено 390 тыс. т. органических удобрений, то сегодня этот показатель не дотягивает и до 62 тыс. т.

По минеральным удобрениям ситуация аналогичная. За последние 25 лет объемы внесения упали с 9,9 млн. тонн до 1,9 млн. т.

Агропромышленный комплекс должен стать локомотивом экономического развития страны

Воистину варварское отношение к плодородию земель.

Продолжая такими темпами работать, мы в скором времени полностью истощим наши почвы.

Будущее – вилы и лопата

Продолжая тему управления основными фондами нельзя не обратить внимания также на проблемы механизации сельского хозяйства.

Село остро нуждается в обновлении парка сельскохозяйственной техники. В противном случае, сохранив тенденцию последних лет, мы, без преувеличения, в скором времени вернемся к ручному труду. А если учесть, что 80% картофеля, овощей и плодов, а также 50% молока и мяса производится хозяйствами населения, то это время не за горами.

Напомню, что в 1990-м году на полях работало более 1,5 млн. тракторов, 600 тыс. комбайнов, более 130 тыс. машин для внесения удобрений. Сегодня сельскохозяйственными предприятиями эксплуатируется не более 360 тыс. тракторов, менее 113 тыс. комбайнов, 11 тыс. машин для внесения удобрений. Аналогично дела обстоят по абсолютному большинству наименований сельскохозяйственной техники – культиваторам, сеялкам, косилкам, и т.д.

Агропромышленный комплекс должен стать локомотивом экономического развития страны

Нехваткой же техники определяется ее повышенный износ. Так, при нормативной нагрузке 73 га на 1 трактор и 244 га на 1 зерноуборочный комбайн, реальная нагрузка в разы больше – более 250 га на трактор и 354 га на комбайн.

В США, к примеру, на 1 трактор приходится всего 37 га пашни, в Англии – 13 га, во Франции – 16, в Германии – 11.

В итоге наша сельхозтехника выходит из строя и списывается в разы быстрее, а новая закупается слишком медленными темпами: не позволяют условия кредитования, а также ничтожно малое ее количество, поставляемое по федеральному лизингу. К примеру, в 2014 году нашими аграриями было приобретено всего лишь немногим более 8 тыс. тракторов, 4 тыс. комбайнов. Таким образом, коэффициент обновления сельхозтехники составил всего 3%. И это притом, что износ техники превышает 80%.

Ни хлеба, ни молока, ни мяса

Ожидаемым и логичным следствием сложившейся ситуации явилось резкое снижение посевных площадей – на 27% (с 63 до 46 млн. га) по зерновым и зернобобовым культурам, на 32% (с 3 до 2 млн. га) по картофелю, более чем на 61% (с 45 до 17 млн. га) по кормовым культурам. Общая посевная площадь в России в период с 1990 по 2014 год уменьшилась более чем на треть – со 117 млн. га до 78 млн. га.

Агропромышленный комплекс должен стать локомотивом экономического развития страны

Не лучше дела обстоят и в такой важнейшей отрасли сельского хозяйства, как животноводство.

Большая часть основных производственных мощностей находится в плачевном состоянии, а техническая оснащенность наших животноводческих комплексов не выдерживает критики.

Ярким примером является то, что в 1990 году было введено в действие новых животноводческих помещений более чем на 1 млн. скотомест для КРС, а 2014 году таких помещений было введено лишь на 104 тысячи скотомест.

В итоге поголовье крупного рогатого скота сократилось на 70% по сравнению с советским периодом – всего 19,2 млн. голов против 57 млн. в 90-м году. Одних коров мы насчитывали более 20 млн. голов, а сегодня всего — 8,5 млн. Поголовье свиней по сравнению с 1990 годом сократилось более чем на 50% и составляет сегодня всего 19,5 млн.

Агропромышленный комплекс должен стать локомотивом экономического развития страны

Кроме того необходимо иметь в виду, что большая часть указанного выше поголовья числится в хозяйствах населения. На сельскохозяйственные организации приходится менее 50%. В этой связи, учитывая «достоверность» статистики по хозяйствам населения, официальные данные мы не можем воспринимать иначе, как далекие от еще более горькой действительности.

Все громкие заявления о том, что мы добиваемся успехов, являются не более чем мифом, дезинформацией. Мы до сих пор ни один показатель работы нашего АПК не смогли вернуть на уровень 1990 года, в связи с чем говорить о каких-либо положительных достижениях нельзя.

Зато мы можем наблюдать резкий спад производства в сельском хозяйстве — доля АПК в структуре ВВП составляет мене 4%.

Крупного рогатого скота в убойном весе мы сегодня производим лишь 1,6 млн. тонн (38% от показателя 1990 года), свиней в убойном весе – 2,9 млн. тонн (85% от 1990 года), молока – всего 30 млн. тонн (55% от 1990 года). Валовые сборы по таким важнейшим культурам, как рожь, ячмень, овес, просо, гречиха, зернобобовые культуры также значительно снизились и составляют от 19 до 70% аналогичных показателей 1990 года.

Агропромышленный комплекс должен стать локомотивом экономического развития страны

«Заграница поможет!»

По всем указанным выше причинам сегодня, невзирая даже на введенное эмбарго, Россия вынуждена продолжать активно импортировать продовольственные товары. Реальный объем импорта сохраняется на уровне более 50 млрд. долларов, не смотря на все заверения о его снижении в текущем году.

Ведь, по сути, результатом введенных ограничений, явилось лишь изменение географии импорта. При снижении объемов поставок из США, ЕС, Канады, Австралии и Норвегии, пропорционально возросли объемы закупок в странах Юго-Восточной Азии и Латинской Америки. Мы продолжаем импортировать весь спектр сельхозпродукции.

Более того, сегодня отечественный АПК полностью зависит от закупок импортных семян, племенного скота, яиц птицы для ее воспроизводства, от закупок удобрений и пестицидов и др. По сути, уничтожены все семеноводческие и хозяйства племенного животноводства.

Закономерным результатом явилось то, что цены на продукты питания к сегодняшнему дню выросли в среднем на 40%, а по таким позициям, как рис – более 42%, сахар – более 44%, гречка – более 92%.

Мясо среднего качества уже стоит дороже 350-400 рублей за килограмм, не говоря уже о других продуктах. То же самое происходит с ценами на удобрения, на средства защиты растений, и т.д., которые выросли в цене также почти два раза.

На нищенских подачках

Принимая во внимание изложенное повторюсь: подходы к управлению нашим сельским хозяйством нужно незамедлительно менять.

На этом пути второй, но не менее важной задачей, является совершенствование экономических механизмов управления отраслью.

Сегодня мы видим, что объем инвестиций в основной капитал сельскохозяйственных предприятий за последние 25 лет снизился в 5 раз. Одновременно уровень государственных расходов на сельское хозяйство сократился в 10 раз — до 1,48% расходов федерального бюджета, запланированных на 2016 год.

Складывается устойчивое ощущение того, что сельское хозяйство у нас финансируется по остаточному принципу.

По текущему курсу национальной валюты Правительство предлагает потратить на цели развития сельскохозяйственной отрасли в 2016 году 3,5 млрд. долларов.

При этом Швеция, располагая значительно меньшими посевными площадями, выделяет 6 млрд. долларов, Япония – 64 млрд. Китай и Евросоюз, при сопоставимых площадях посевов, выделяет 147 и 108 млрд. долларов соответственно.

Агропромышленный комплекс должен стать локомотивом экономического развития страны

Очевидно, что выделяемых средств явно не хватит даже на половину того, что необходимо сделать.

Наш агропромышленный комплекс из-за нехватки капитала, низкой доходности предприятий, высокой закредитованности отрасли и низкой инвестиционной привлекательности не в состоянии выполнить поставленные Госпрограммой цели и достичь установленных индикаторов, не говоря уже о том, чтобы приблизится к показателям 90-го года.

При этом нельзя не упомянуть о том, что Государственной программой вообще не предусмотрены такие важные направления, как «Повышение плодородия почв», «Социальное развитие села», «Развитие овощеводства открытого и закрытого грунта и семенного овощеводства и картофелеводства», «Развитие пищевой, перерабатывающей промышленности и оптово-распределительных центров» с соответствующими мероприятиями и объемами финансирования, включение которых обосновано исполнением Указа Президента Российской Федерации от 6 августа 2014г. № 560 и решением Госсовета от 21 марта 2014 года.

На этом фоне насмешкой выглядит разработанный Правительством Российской Федерации План поддержки российской экономики в целях обеспечения ее устойчивого развития в современных кризисных условиях. В его рамках на сельское хозяйство было выделено лишь 50 млрд. руб. Одновременно ряду банков на докапитализацию было выделено 250 млрд. руб., Внешэкономбанку за счет средств Фонда национального благосостояния дополнительно выделено 300 млрд. рублей.

Средства же, выделенные на реальный сектор экономики, по сути, являются субсидиями на компенсацию части затрат на уплату процентов по тем же самым кредитам, выдаваемым сельхозтоваропроизводителям под 25-27% годовых при действительной рентабельности отрасли в 7%.

Принимая во внимание, что к началу 2015 года закредитованность российских сельхозпредприятий уже достигла 2,2 трлн. рублей, бюджет последних лет лишь загоняет хозяйствующие субъекты еще глубже в кредитное рабство, создает неконкурентную среду для отечественных товаропроизводителей в условиях ВТО, способствует проведению антирыночной реформы в АПК.

Торговля – дело тонкое

В этой связи считаю необходимым выделить третий блок вопросов, решение которых, в том числе, позволит укрепить экономику АПК, а именно – вопросы развития внутреннего рынка сельскохозяйственной продукции с упором на режим наибольшего благоприятствования отечественным товаропроизводителям.

Наши сельхозтоваропроизводители, даже в условиях ориентирования правительства на импортозамещение, не в состоянии выйти на рынок и предложить более качественную продукцию по более низким ценам — торговые сети диктуют свои «правила игры», отдавая предпочтение импорту.

Для эффективного развития сельского хозяйства вопрос совершенствования подходов к регулированию торговой деятельности является архиважным.

Наши отечественные товаропроизводители должны иметь все возможности выхода к конечному потребителю. Но для этого нам необходимо оперативно решить целый спектр задач, и в первую очередь – изменить действующий порочный механизм торговых наценок.

Еще 8 лет назад группой депутатов и экспертов был разработан и внесен в Государственную Думу «Закон о торговле», сердцевиной которого был эффективный механизм формирования товарной наценки. Данный закон обсуждался на одном из заседаний Правительства Российской Федерации, а также у Президента России, и мы получили поддержку

Закон предполагал, что в конечной цене сельхозпродукции доля производителя сельхозсырья должна составлять не менее 50%, остальные 50% — это переработка и торговля. Многие страны так делают, и в Советском Союзе так было.

Вместе с тем, на площадке Государственной Думы, закон столкнулся с сильнейшим лобби со стороны тех, кого сегодня принято называть ритейлом.

Какие были аргументы у оппонентов? Нам говорили, что труд крестьянина оценивается и без того достаточно высоко и в цене эта доля составляет примерно 28%. Но это ведь далеко не так. В лучшем случае она не превышает 10%, а по отдельным видам продукции всего лишь 6-8%. Да и 28% — это далеко не 50%, как это имеет место быть в успешных экономиках США и ЕС. Такой же механизм работал в СССР.

Мы продолжаем работу по решению этого важнейшего вопроса, тем более что в рамках последнего заседания Президиума Госсовета Президент еще раз выразил нам свою поддержку.

Деревне смертный приговор?

В-четвертых, и об этом мы также неоднократно заявляли, особого внимания требуют вопросы социально-трудового развития сельских территорий.

Как уже было отмечено, еще совсем недавно село обеспечивало занятость более 3 млн. высококвалифицированных кадров при общем количестве рабочих мест, превышающем 10 млн. Активно велось строительство жилья, школ, больниц, дорог, и т.д.

Сегодня же, русское село умирает. Селяне уезжают в города. Всего в сельском хозяйстве (с учётом личных подсобных хозяйств) на сегодняшний день занято не более 6 миллионов человек. Прослеживается острая нехватка квалифицированной рабочей силы. Притом, что на селе живут 38 миллионов человек, дефицит работников массовых профессий – доярок, механизаторов – составляет более 500 тысяч. И дальнейшая тенденция катастрофическая.

Из 153 тысяч деревень — 100 тысяч имеет население менее 100 человек. Люди там живут, как в XIX веке – чтобы не умереть от голода выращивают для себя картофель, овощи, фрукты, собирают грибы и ягоды в лесах, держат коз и кур, иногда крупный рогатый скот. Часто нет телефонов, дороги без твёрдого покрытия, особенно весной и осенью, в распутицу — не проедете, нет связи даже с районными центрами.

По причине массового закрытия сельских школ, фельдшерско-акушерских пунктов, почты многие деревни просто-напросто вымирают. Можно констатировать, что в России де-факто сложилось мелкопоселковое расселение.

Все это подтверждается официальной статистикой.

Количество сельских школ за 25 лет сократилось почти вдвое – с 49 до 26 тысяч. Количество участковых больниц в селах с прежних 5000 упало до 300. Число амбулаторных поликлиник за 20 лет сократилось более чем в 3 раза – с 10 тыс. до 3 тыс. При том, что в советское время строилось по 70 тыс. км. сельских дорог в год, сегодня мы строим менее 2 тыс. км.

Агропромышленный комплекс должен стать локомотивом экономического развития страны

Вопрос социально-экономического развития сельских территорий требует к себе особого внимания со стороны государства. В противном случае очень скоро мы потеряем и село, и сельчан, истоки, родники нашей идентичности, духовности и культуры.

Наша программа конкретная и четкая

Еще не все потеряно. Еще не расчленена сельскохозяйственная наука, не растоптаны технологии, генетика, селекция, семеноводство сельскохозяйственных культур и племенного животноводства. Еще не сломлена генетика кормильца своего народа – труженика села, чувство патриотизма, любви к своей родине, полю, речке, лесу. Все это является той основой, вокруг которой можно решить проблемы обеспечения продовольственной безопасности.

Для этого, на наш взгляд, надо решить следующие вопросы:

- необходимо сформировать законодательные основы охраны почв, как стратегического природного ресурса (Мы эту работу завершаем совместно с Министерством природных ресурсов и экологии Российской Федерации и профильными институтами);

- принять закон о торговле;

- обеспечить доступ отечественных товаропроизводителей в торговые сети, возродить колхозные рынки и сельскую кооперацию;

- финансирование сельского хозяйства должно быть не ниже 10% расходной части федерального бюджета;

- поднять уровень заработной платы на селе минимум в два раза;

- увеличить инвестиции в социальное развитие села;

- возродить программу восстановления плодородия почв с ежегодным финансированием не ниже 20 млрд. рублей;

- разработать и утвердить программу по вводу в севооборот заброшенных 41 млн. га пашни;

- запретить перевод земель сельхозназначения в другие категории;

- возродить мелиорацию земель в объеме не менее 500 тысяч га в год;

- возродить энергосберегающие технологии производства основных продуктов питания, обеспечив неистощительное использование плодородия почв, внедрение адаптивных ландшафтных систем земледелия, способствующих интенсификации продуктивности сельскохозяйственных культур за счет естественного плодородия и среды местообитания.

- государство должно списать крестьянам долги перед бюджетами всех уровней;

- реструктурировать задолженность хозяйств на 10 лет;

- поддержать все формы хозяйства на селе, отдав предпочтение народным предприятиям, сельскохозяйственным кооперативам, опытным станциям и хозяйствам, унитарным предприятиям, крупнотоварным производителям продукции;

- возродить систему подготовки кадров для сельского хозяйства;

- остановить разрушение сельскохозяйственной науки.

Пора поворачиваться лицом к деревне

Жизнь российской деревни, а вернее ее нынешнее выживание, как и состояние АПК страны в целом, не могут не волновать сердце любого русского человека, осознающего ту роль и место их в самом нашем существовании, существовании государства и нашего народа как социума, объединенного общей культурой, языком и традициями. Именно деревня была и остается не только кормилицей, но и хранительницей, источником всего того, что формирует у нас чувство патриотизма и любви к земле, на которой мы родились и живьем, питаясь от нее корнями непресекаемой связи поколений. Загубив деревню, мы не только потеряем своего кормильца, мы потеряем себя, свою национальную идентичность. АПК страны должен стать главным звеном локомотива экономики страны. Вот что следует помнить руководству страны, принимая те или иные решения, касающиеся первоосновы нашей жизни — деревни. Мы, коммунисты, решительно требуем от власти развернуться лицом к ее нуждам отрасли, возродить деревню, сделать жизнь в ней продуктивной и привлекательной на деле, а не на словах.

Правительству пора начать принимать адекватные меры для того, чтобы вывести сельскохозяйственную отрасль из глубокого кризиса.

В.И.Кашин, Заместитель Председателя ЦК КПРФ,
Председатель Комитета ГД ФС РФ по природным ресурсам,
природопользованию и экологии, академик РАН.