Цинизм – что это? Защитная реакция человека чувствительного или наоборот – выдающаяся форма закостенения и нечувствия? ПРАВМИР побеседовал с протоиереем Максимом Козловым.

Православный цинизм?

– Цинизм, конечно, чаще всего – реакция. Это реакция на проблемы и искушения, которые человеком переживаются как то, с чем он справиться не может. И тогда, в качестве защиты, только не правильной защиты, возникает такая жесткая ирония, даже до отторжения и даже до того, что мы называем цинизмом. «Ну, да, все это я знаю – про архиереев, про монахов, про священников. Вы сказки-то свои рассказывайте, но жизнь реальная – это жизнь реальная».

----------------------<cut>----------------------

И главная беда здесь, на мой взгляд, вот в чем состоит: циничный человек, он оказался не способен провести, с одной стороны, грань между Церковью как толпой кающихся грешников (а в наше время это, часто повторяю, изменяя слова Ефрема Сирина, толпой НЕкающихся грешников) и между Церковью как Невестою Агнца, Святой и Непорочной. То есть в голове теоретически разделяет, а в жизни, в практическом сознании, уже нет. Это беда, потому что тогда это все глаза застит.

Второе, с этим же связанное, это – Евангелие начинает восприниматься как метафора, как нечто, говорящее о прекрасном, идеальном, о том, чем можно восхититься, но чем в своей жизни никак нельзя руководствоваться. Евангелие – о высоком, святые – святы, духовенство в житиях – духовно, а жизнь, она – жизнь. И это, по сути дела, духовное поражение. Человек, пока он находится в таком состоянии, пусть с оговорками, но делает вывод: Дух Святой в наше время, в моей жизни, в окружающих меня людях не действует настолько, чтобы они могли меняться, чтобы метанойя – сопокаяние, в собственном смысле слова, то есть изменение ума – в них, в нас, во мне – могло произойти.

И это очень страшно. Лучше в иных случаях даже руководствоваться… не хочу сказать как православный священник – руководствоваться словами Лютера, но понимаю его слова, которые он однажды написал своей жене: Греши крепко (не призывая отнюдь ее грешить в прямом смысле слова), но еще крепче веруй, что Жертва Христова тебя спасает. Видь грех, в том числе в людях, может, высокопоставленных, даже в людях, связанных с церковной иерархией, но не соблазняйся этим, верь, что Господь на кресте Своем сотворил то, что и этот грех может быть прощен и исправлен. Собственно, это – единственная защита, никакой другой защиты в этом мире нет. Мир лежит во зле, и мы видим в нем зла, неправды, пошлости, торжества несправедливости так много, что ответ христианства может быть только один: это все так, но Господь на кресте это все победил, и мы можем этой Его победе оказаться не чужими.

Я для себя другой защиты от цинизма не знаю.

– В чем еще проявляется цинизм православного человека?

– Он проявляется в пренебрежительно-прохладном отношении к тому, что прежде было для него святыней. Тут уж индивидуально. Будь то таинство, будь то уважение к иерархии, будь то живые духовные порывы людей.

У преподобного Иоанна Лествичника есть такие слова, что жестокосердие, или немилосердие, начинается от нежелания подать милостыню, а кончается ненавистью к тем, кто подает. Цинизм часто для нас в том и проявляется, что сначала мы начинаем с недоверия к собственным духовным порывам или к искренности других людей, а потом, видя благочестие, не можем не посчитать его ничем иным, как лицемерием, какой-то формой, фальшью. И если мы в себе это замечаем, то это очень тревожный звонок.

Надо проводить в себе кардинальную перемену и понять, что я очень серьезно болен. Если молитва другого человека, коленопреклонение вызывает во мне отторжение, если я вижу сотни тысяч людей к Поясу Пресвятой Богородицы, мне только хочется поерничать и сказать, что они полуязычники и носители магического мировоззрения. Если я вижу девушку, пришедшую в храм благообразно в платке, в достодолжной для нее юбке, мне хочется сказать: «Ханжа!» И так дальше и тому подобное. Подобного рода восприятие благочестия очень тревожно.

– Часто говорят, что православные – большие циники. Например, многие подмечают, что в трудной ситуации люди нецерковные и неверующие быстрее и охотнее помогают, чем люди церковные.

– Так бывает, что греха таить. Если мы посмотрим по всякого рода благотворительным фондам, начинаниям и реальной помощи нуждающимся и людям, находящимся в запредельной жизненной ситуации, то мы там чаще, по крайней мере, очень часто увидим людей малоцерковных.

Но что тут нового? Господь нас предупреждал – притча о самарянине прямо говорит об этом – о том, что рядом с тобой может оказаться человек, который ни веры твоей, ни взглядов твоих не разделяет, а священник и левит пройдут мимо. По крайней мере, мы должны быть к этому готовы.