Чёрный Лукич. Кончились патроны 1988

1. Кончились патроны
2. Мы идём в тишине
3. Еду на север
4. Суконный коммунист
5. Мой недуг
6. Праздник вянущих гвоздик
7. Сталинские дети
8. Осень
9. Я сегодня всё смогу
10. РСДРП (б)
11. Будет весело и страшно
12. Сталин, Партия, Комсомол
13. Мы из Кронштадта

мп3 320 кБ/с 68 мБ - рар 3%, рапида, я-папко

СОСТАВ:
Дима "Чёрный Лукич" Кузьмин
Игорь "Егор" Летов
Константин "Кузя Уо" Рябинов

Из Официальной альбомографии ГРОБ-RECORDS, опубликованной в журнале "КОНТР КУЛЬТ УР'а" #3, 1991

----------------------<cut>----------------------

ПРОЕКТЫ ВАДИМА КУЗЬМИНА:
1. СПИНКА МЕНТА: "ЭРЕКЦИЯ ЛЕЙТЕНАНТА КИРЕЕВА" (1987) Песни 1986, изредка — 87 г.
2. СПИНКА МЕНТА: "КУЧИ В НОЧИ" (1987) По больше части песни — 87 г.
3. ЧЁРНЫЙ ЛУКИЧ: "КОНЧИЛИСЬ ПАТРОНЫ" (1988) Песни 87-88 гг.
Все три записаны за 3 (!) душных, плотных и потных февральских дня 88-го опять же — втроём, с Кузей Уо, едва-едва оклемавшимся от двухлетних сапогов, хэ-бэ, байконурских ракетных шахт и пронизывающих степей.
Это — лучшее, на мой взгляд, из уже созданного, и, скорее всего — из всего, что когда-либо создастся Димой "Чёрным Лукичем". Сама песня "Кончились патроны" — это просто МАНИФЕСТ шального, бунтарского, незримого и необозримого, безобразно-крамольного воинства. Изобилие больной и перекошенной психоделии, наивного, незамысловатого панка и просто — хороших песенок. Всё звучит весьма коряво и карнавально.
Запись имеет несколько неказистый вид по причине подло-планомерного выхода из строя в процессе работы — всей используемой аппаратуры.

Егор Летов, 10.09 — 10.11.1990.

Альбом не издавался.

Чёрный Лукич. Кончились патроны 1988

Необходимо зарегистрироваться чтобы прочитать текст или скачать файлы

Чёрный Лукич. Кончились патроны 1988

Первые записи Дмитрия Кузьмина с группами «Спинки мента» и «Чёрный Лукич» (название последней вскоре выросло до второго имени) достигли ушей относительно широкой публики в конце восьмидесятых, во времена расцвета «сибирского панка», в одном потоке с «Гражданской обороной», «Инструкцией по выживанию», «Великими Октябрями». Даже в таком окружении Кузьмин-Лукич удивил. На фоне происходящего в музыкальной жизни Сибири «армагеддон-попса» творения Лукича, хоть и не выглядели чужеродным элементом, но все равно слушались по-особенному. Вместо привычных жужжащих запилов — то вальсок, то марш, то считалочка, то вообще какая-то «лезгинка протеста». Вместо душераздирающих выходов в запредельные пространства, ангедонии и ярости — какие-то уютные, затейливые, почти обэриутские потешки про обожающего Жоржа Сименона лейтенанта Киреева, пионера-героя Колю Мяготина и карася Густава, про одеяльце и булочку с маком. Прослушав в свое время нежную песню на стихи Льюиса Кэрролла, умный четырнадцатилетний панк глубокомысленно произнес: «Ну, если нас застанут за прослушиванием ЭТОГО...» На панк-рок, за редкими исключениями, это было и вправду совсем непохоже. Что, впрочем, не помешало Егору Летову с полным на то основанием назвать лукичевскую песню «Кончились патроны» манифестом «шального, бунтарского, незримого и необозримого безобразно-крамольного воинства». И самому спеть несколько его вещей.

Позже, уже в середине девяностых, были альбомы с названиями, больше подходящими для сборников странноватых волшебных сказок: «Ледяные каблуки», «Деревянное облако», «Девочка и рысь». Ни с кого не содранная интонация, собственный звук и слог, «невидимый при свете, непонятный в темноте». Великолепная философская лирика, негромкая печаль, колыбельная для брата, сестры и всех прочих родственников. Нежность.
«В каждой песне про дождинки
Прорисованы цветы,
В каждой песне — про морщинки,
Что заметила только ты».

Теперь — новый альбом и триумфальный тур по московским клубам. Новая запись называется «Навсегда» и посвящена, если верить обложке, Аиде Ведищевой. На развороте, на фоне нарисованных парусников мелким шрифтом проступают напутственные слова Олега Судакова, друга и соратника Лукича, поэта, музыканта, философа и неутомимого исследователя подсознания: «Когда сказка превращается в иллюстрированное издание о скольких-то томах, когда фантазия ложится меж рифмами, рассыпаясь цитатами в эрудированных сундучках современников, когда вера стыдится наивности, беззащитности и одиночества...» В данном случае сказка по счастью сказкой и осталась. Пресловутые панки не будут всё это слушать по определению. Всем прочим к человеку, способному назвать хорошую песню незаезженным словом «Тесть», прислушаться определенно стоит. Музыка и стихи Лукича — фольклор неведомой страны, этакой небесной Швамбрании со столицей в Изумрудном городе мастеров, «ковер разнотравий из разных растений, где мыши — как львы, а ромашки — как пальмы». «Навсегда» — очень спокойный и позитивный альбом. Даже неизбежная ирония в конце концов растворяется в негромких голосах травы. Здесь уже не осталось места для обжигающих приветов из прошлого, вроде песни «Мы из Кронштадта». Это чуть-чуть огорчает, но ненадолго. Убаюкивающие интонации делают свое дело — и гипотетическое продолжение «Навсегда» любой из слушателей имеет возможность догрезить уже самостоятельно. Спокойной ему ночи.
Станислав Ф. Ростоцкий, 02.10.2000
Газета "Время новостей" #137

Необходимо зарегистрироваться чтобы прочитать текст или скачать файлы