11 апреля 1996 года на участке автодороги Атаги-Гойское в результате нападения вооруженной устойчивой группы (банды) под руководством А. Закаева на военнослужащих Вооруженных сил Российской Федерации были захвачены выполняющие свой служебный долг военнослужащие в/ч 62892:
— сержант к/с Эдуард Вадимович Федотков

В окрестностях Харсеноя.

----------------------<cut>----------------------

- мл. сержант к/с Павел Викторович Шаронов

В окрестностях Харсеноя.

- рядовой к/с Сергей Иванович Митряев

В окрестностях Харсеноя.

В окрестностях Харсеноя.

- рядовой к/с Алексей Александрович Щербатых

В окрестностях Харсеноя.

[cut]

Водители-контрактники следовали без сопровождения на двух армейских "Уралах".

12 апреля 1996 года Тимирбулатов по предварительной договоренности с членами устойчивой вооруженной группы (банды) Бахарчиевым, Магомадовым, Хамзатом, Дукуахом и Асхабом и другими неустановленными лицами на автомашине УАЗ-469 вывезли всех четверых военнослужащих в район высоты Сураты, расположенной в 5 км южнее села Комсомольское. Там Бахарчиев нанес кинжалом Шаронову П.В. резаную рану шеи, в результате чего Шаронов скончался. Затем Тимирбулатов из пистолета марки ПМ выстрелом в голову прикончил Митряева С.И. Другие участники банды совершили убийство военнослужащих Федоткова Э.В. и Щербатых А.А.Бандиты были настолько уверены в своей безнаказанности, что страшные сцены убийств и издевательств над российскими военнослужащими снимали на видеокамеры, сами позировали перед ними.

Поиски контрактников "по горячим следам" результата не принесли. Первые сведения о них появились лишь через месяц в результате войсковой операции: "13 мая. РО приступил к прочесыванию Харсеноя по проверке домов, блиндажей на предмет наличия минно-взрывных заграждений. Обходящий отряд 4-й мср из-за завалов местности не смог выйти к северной окраине Харсеноя и поэтому выдвинулся от перекрестка полевых дорог по маршруту выдвижения 1-го мсб, к 11.00 сосредоточился в Харсеное.
В результате проверки Харсеноя были освобождены две женщины, <...>, насильно удерживаемые в банде полевых командиров Доку и Мусы Атаевых с 1 апреля 1995 года. Было обнаружено много паспортов, военных билетов и других документов. При ведении поисков в Харсеное была обнаружена установка БМ "Град" с боеприпасами. База была уничтожена, направляющие и боеприпасы захвачены РО. Кроме этого, было захвачено: пулемет КПВТ, ДШК на самодельных станках и уставлено, что в Харсеное оказывали сопротивление бригады командиров Хамзат, Салях, Рамзан численностью до 30 человек каждая.
Потери за истекшие сутки: безвозвратные — 1, санитарные — нет.
После проведения опроса освобожденных женщин с их слов стало известно, что военнослужащие контрактной службы сержант Федотков Л., младший сержант Шаронов П.В, рядовые Щербатых А.А и Митряев С.И. были расстреляны в первых числах апреля, точнее не помнят, возможно, на южной окраине Комсомольское."

* * *

Командующий войсками МО в Чечне генерал-майор Владимир Шаманов: "На днях мы освободили Харсеной. Неподалеку от селения, на берегу реки, мои ребята нашли двух симпатичных русских девчат, изможденных от побоев и издевательств. То, что они рассказали, меня потрясло...
...Их было трое — Катя, Валя и Лена. С ноября 1995 года они приезжали на вахту в Грозный, жили в поезде, который стоял в депо, со строителями. Работа была несложной: поддерживай порядок, топи печь да "титан" для чая. Строители — ребята спокойные, весь день трудились на восстановлении города, девушки только по вечерам и видели их.
Второго апреля их вахта прикомандированных на строительство заканчивалась. И девчата накануне отъезда домой решили сходить в баню, до которой было рукой подать. Но помыться в тот вечер им не удалось. Только вышли за ворота депо, как к ним подъехала "санитарка", из которой выскочили два бородача и запихнули девушек в машину.
Ехали долго, наконец машина остановилась. Их завели в одиноко стоящий домик, что находился на склоне горы. Внизу горели огни какого-то большого селения. Как потом выяснилось, это было село Комсомольское.
В избе без окон и дверей стоял жуткий холод. Русские девчонки, прижимаясь друг к другу, пытались согреться и уснуть. Они пока еще не догадывались, какая участь им уготована. Боевики, поглядывая в их сторону, грелись в машине. Домогательства Леонсио к бедной рабыне Изауре — детские шалости по сравнению с тем, что Валя, Катя и Лена испытали в чеченском плену.
Наутро привезли рабочих. Почти все русские. Их заставили забить окна, натянуть клеенку, сколотить нары и поставить "буржуйку". Вместе с заложниками приехало человек сорок боевиков.
Первый раз русских рабынь подняли ночью. Вывели во двор, стали избивать. Сначала были пощечины, затем пошли палки и кулаки. Били и ногами. Насладившись вдоволь своей жестокостью, боевики стали девчат успокаивать, расспрашивать, кто они такие, откуда, где работают. А потом начали насиловать, избивать и снова насиловать...
Этот кошмар продолжался месяца полтора. 10 мая их увели в горы, в Харсеной. Лену передали в другую банду, и где она сейчас, подружки не знают. Накануне специальной операции, 12 мая, Валю и Катю зверски избили и, поскольку они не могли самостоятельно передвигаться, отвели к речке и спрятали за бетонными плитами. Целый день, превозмогая боль, девчата пролежали под паляшим солнцем, а под вечер услышав шум двигавшейся машины подумали, что возвращается охранник, обещавший привезти Лену и забрать их. Из последних сил Катя и Валя начали отползать в сторону, чтобы спрятаться, но когда услышали русскую речь и увидели танк, позвали на помощь наших парней..."

* * *

Как видно из Журнала боевых действий 245 мсп, проводился сбор информация о местонахождении пропавших военнослужащих, но, к сожалению, поиски ни к чему не привели. В 1996 году плёнка с записью казни появилась на чеченских рынках. "В надежде опознать и разыскать убийц оперативники показали кассету "лояльным" чеченцам. Сразу несколько человек заявили, что главный палач на пленке — не кто иной, как хорошо известный в республике полевой командир Салаутдин Темирбулатов. <...> В 1996 году, сразу же после того, как Темирбулатова опознали на пленке, Генпрокуратура возбудила против него уголовное дело за убийство и бандитизм. Тракториста объявили в розыск".

Арест Темирбулатова состоялся 19 марта 2000 года силами Северо-Кавказского РУБОПа и Дальневосточного СОБРа, а на следующий день по Центральному телевидению была показана плёнка с казнью контрактников.

Генпрокурор Владимир Устинов: "В судебном заседании подсудимый Тимирбулатов подтвердил свои показания, данные в ходе предварительного следствия, о том, что с его участием были убиты четверо военнослужащих Российской Армии. В ходе проверки его показаний с выходом на место происшествия Тимирбулатов указал на дорогу, ведущую через южную окраину села Комсомольское Урус-Мартановского района в южном направлении в горную местность, и пояснил, что именно по ней военнослужащие были вывезены для последующего убийства.
В ходе дополнительного осмотра места происшествия с участием обвиняемого Тимирбулатова, в пяти километрах южнее села Комсомольское Урус-Мартановского района, в горной местности, обнаружено захоронение, из которого извлечены останки трех человек, а рядом на открытой поверхности найдены останки четвертого человека. <...>
12 апреля 1996 года он принял участие в расстреле четверых военнослужащих Российской Армии, захваченных боевиками в плен, по предварительному сговору с Бахарчиевым, Магомадовым, Хамзатом, Дукуахом и Асхабом. Первого военнослужащего — Шаронова — убил Бахарчиев, второго — Митряева — убил лично Тимирбулатов, поставив того на колени и выстрелив ему в голову. Третьего военнослужащего — Федоткова — из автомата убил Хамзат. Четвертого — Щербатова — убил Дукуах. Он перерезал ему горло кинжалом. После убийства они скинули трупы в окоп и присыпали их землей."
И немного про последний приют Тракториста-Тимирбулатова:

В окрестностях Харсеноя.

В окрестностях Харсеноя.

В окрестностях Харсеноя.

Как Тракторист стал Крановщиком

...Я заглянул в глазок. В камере стояли странные существа в неестественных позах. Как полосатые лягушки (такие у «смертников» робы), они прижались к стенам. Ладони были вывернуты к глазку. Дежурный по камере, Салаудин Тимирбулатов, чеченский боевик по кличке Тракторист, касаясь пола лбом и задрав ладони к потолку, громко отбарабанил заученный текст:

— Здравия желаю, гражданин начальник! Осужденный по статьям (далее следует список статей — краткая история жизни этого существа. — Ю. С.).

После короткого доклада поза Тракториста меняется. Точь-в-точь как в фильме «Кин-дза-дза», только не хватает крика «Ку». Рот широко открыт. Глаза зажмурены. Теперь можно входить в камеру. Но я нерешительно топчусь в предбаннике:

— Чего он с открытым ртом стоит? Псих что ли?

— Рот открывают, — отвечает начальник учреждения полковник Роман Абдюшев, — чтобы было видно, что он пуст. Ладони тоже. А то знаете, всякое бывает. Им-то терять нечего...

Трактористу, полковнику дудаевской армии, действительно терять нечего. Казнь четверых российских солдат, в которой он принимал участие в 1996 году, боевики снимали на видео. Двум солдатам перерезали горло. Одного пристрелил из пистолета лично Тракторист. Последнего боевики расстреляли из автомата.

Сейчас Тимирбулатов в свободное время натирает до блеска тряпочкой латунный кран. Трет и скрипит зубами. Даже кличку ему дали новую — Крановщик. Видимо, кран переживет Тракториста — у чеченца начался туберкулез, а это равнозначно смертному приговору. В соседях по камере у него два людоеда и сексуальный маньяк.

— О настроении Салаудина узнаю по тому, как он чистит кран. Если тряпка рвется, значит, разозлился, — рассказывает Вадим Свиридов, сокамерник Тракториста. — У администрации даже нитку с иголкой не просит — считает ниже своего достоинства. Но внешне не показывает свое презрение. Получит посылку — печенье, орехи, чай — делится, как все. Два раза в день молится. Мы не мешаем. Но внутри у него так и клокочет все.

Резиновая азбука

...Тракторист стоит в позе «Ку», как и все его сокамерники. Никакой ленцы или презрения! Старается! Отвечает на вопросы четко, без запинки. Вот тебе и гордый кавказский орел, полковник! Спрашиваю старшего прапорщика Василия, как достигаются такие результаты.

— Упражнением, — поглаживает прапорщик резиновую дубинку. — Сначала с осужденным проводится беседа, как надо вести себя в «Черном дельфине». Если он не понимает, то у нас есть право физического воздействия. Тракторист сначала делал вид, что не знает русского языка. Но очень быстро выучился. Правда, с «резиновым словарем», — и прапорщик опять погладил свою дубинку.

...Русский язык Тракторист знал. Когда ему позволили открыть глаза, он тихим голосом стал убеждать меня, что он мирный механизатор, тракторист, что на видеопленке монтаж, что в чеченском военкомате ему насильно вручили автомат, но он не воевал. И вообще не виновен. А через 25 лет надеется на помилование.

Недавно к Трактористу приезжала жена. Она обещала, что его скоро выкупят. Деньги уже собрали.

— Это абсурд, — заявляет начальник колонии. — Но мы не стали прекращать их беседу. Пусть жена обнадеживает. Так он дольше продержится.

— А если представить фантастическую ситуацию: бунт или чеченцы попытаются провести рейд для освобождения из «Черного дельфина» своих? — спрашиваю начальника.

— Будем пристреливать на месте, — сказал, как отрезал, начальник управления исполнения наказаний генерал-майор Александр Тарнавский. И такое право у него есть.

На этих могилах не ставят крестов

Из «Черного дельфина» только один выход — смерть заключенного. Труп вывозят на «санитарке» за город. Здесь тюремное кладбище. Его местоположение не афишируется — вдруг любящие родственники решатся на эксгумацию, а трупы здесь все больше туберкулезные. Огромный косогор. Серым пеплом цветет ковыль. Над ним выступают маленькие неприметные холмики с черными табличками. Ни фамилии, ни имени. Только инвентарный номер. Косогор большой. Пока заполнен только на четверть.

А в самой колонии ждут Салмана Радуева. Камеру специально для него не готовят. Как приедет, пройдет карантин, так и определят «квартиру». Можно только с уверенностью сказать, что его не посадят в одну камеру ни с Трактористом, ни с другими боевиками. И позы «Ку» ему не избежать, и дежурства по камере, и полировки латунного крана. Ну а потом положат его в «санитарку» и появится на косогоре еще один безымянный холмик...