Это глава из моей книги о древних цивилизациях,тематический блок — про этруссков.О некоторых их малоизвестных обычаях.

----------------------<cut>----------------------

После смерти — новая жизнь.

"Смерть дщерью тьмы не назову я
И раболепною мечтой
Гробовый остов ей даруя,
Не ополчу её косой ".

Евгений Баратынский

Расенская мифология весьма отличалась от греческой,Да и вся их цивилизация полностью противоположна греко-римской:то,что одним казалось "белым" другими воспринималось как безусловно "черное".Самая страшная трагедия жизни — смерть, для этрусков бы­ла желанной целью,началом пути к обновленному сущеотвованию.На пороге преобразования умерших встречал не только страхолюдный демон Тухолка (русские слова "тухлый" и "дохлый" вполне выражают суть этого имени),но и прекрасная Лаза,охранительница семьи и до­машнего очага (у римлян её имя,несколько измененное,обозначало домашних добрых духов — ларов,а,если по-русски,то — "домовых").

Этруски были уверены,что Жизнь зависит от пульсации энергии "Вене",приходящей на эту землю с Того Света,из мира умерших предков.Имуществом и землей владела не отдельные люди и даже не община в целом,а невидимые Старшие.Посредником между двумя мирами был царь-маг.Получая из иного мира "Вене" он обладал ис­ключительным могуществом и даже,на первых порах,назывался "живым покойником",лишь затем удостаивался титула — лукумон.От него могучая сила распространялась сначала на ближайшее окруже­ние, затем пульсация охватывала,давая жизненную энергию,не только весь народ расенов,но и на животный,растительный мир,неживую природу (скалы,источники,подземные в оды), определяла климатиче­ские условия.Без энергии с Того света жизнь на этом свете прекра­щалась.

Умереть означало не покориться неизбежному,а осуществить с ликованием давнюю мечту.приобщиться к "Вене",в ступить в чертоги света,оказаться в избранном обществе счастливых пред­ков. Постоянным напоминанием о грядущей радости было ритуаль­ное зеркало:медное,тщательно отполированное,оно своей вогнутойстороной не могло отразить лица смотрящего,лишь сконцентриро­ванный свет — облик души.

Смерть — возвышенна и лишена конкретных образов.Жизнь ей во всем противоположна — она бывает наивной и смешной,как сюже­ты на оборотной стороне этрусских зеркал. Источником для них за­частую служили греческие мифы,которые расены передавали с не­подражаемой иронией. Расены воспринимали мифологию соседнего народа как анекдот,так как были убеждены,что жизнь истинных бо­гов не имеет ничего общего с авантюрными похождениями обычных людей.

Исследовательница расенского искусства Агнес Карр Вогэн в книге "Этруски" по этому поводу пишет:"Хотя этрусская мифология почти полностью заимствована у греков,она всё же имеет некоторые собственные отличительные черты,в частности совершенно восхити­тельное чуство юмора. Некоторые ученые даже жалуются на ту лег­кость,с которой этрусские художники обращаются с мотивами гре­ческой мифологии. Другие озабочены не столько легкомыслием этру­сков,сколько тем,что им кажется грубым и откровенным невежест­вом. Оба рода критики подчас обоснованы.К примеру,какой смысл изображать змееволосую Медузу существом мужского пола?"

И далее она пишет: "Должно быть,Геркулес был любимчиком этрусских женщин,поскольку сцены из его приключений часто изо­бражались на зеркалах.Некоторые из них забавны и даже смешны..."

Смех смехом,но попасть отсюда в иной мир,оказывается,было очень непросто — на первом этапе — собственно вхождении, душа преображалась,оставляя человеческое тело и проникала на ту сторо­ну в виде коня.Отголоски этого верования легко отыскать в русских народных сказках,когда герой,войдя в ухо коня,выходит из другого -преображенным,измениться — в лучшую сторону,до неузнаваемости.

Следующий этап — хоровод женщин-богинь,где чередовались Жизнь и Смерткесли женщина дает жизнь,то она может отнять её. Символом жизни выступало Мировое Древо(иначе Древо Жизни),смерти — крылатая дева с волосами,заплетенными в длинную ко­су,а сам хоровод был как бы многолепестковым цветком,в центре которого находился умерший.Позже ритуальная прическа девы смерти были заменена омофоном,сходно звучащим словом,но с иным смыслом, — косой,как инструментом,обрезающим нить жизни.Многолепестковый цветок и поныне используемый для гадания о любви,в древности служил инструментом ворожбы — кому жить,а кому умиратъ.И,если выпало второе,то происходила дальнейшая трансформация:усопший лишался физического тела,а его ментальная оболочка трансформировалась.Так,умерший мужчина постепенно превращался в женщину,символически как бы возвращался в жен­ское лоно,чтобы начать новый путь в мироздании.

Ярким свидетельством почти невозможного ритуала является,так называемый,бронзовый этруск из собрания Государственного Эрмитажа.

В этом надгробном памятнике запечатлен процесс изме­нения пола во время инкарнации.Характерная деталь — вдоль всего основания проходит прочерченный рисунок волн.Иными слова-ми,юноша,возвращаясь к первоосновам жизни,путешествует после смерти по волнам праокеана.Более того,волны разбегаются в разные стороны,что означает:умерший еще не совсем расстался с прошлой жизнью и не окончательно вошел в новое существование — он на пе­репутье. Даже сами складки его одежды волнообразны,а из них появ­ляется рельефный торс,подобно тому,как гармония рождается из хаоса.Формирование человеческой плоти повторяет процесс рожде­ния жизни из небытия.

Лишь на первый взгляд тело расена кажется мужским.При бо­лее внимательном рассмотрении в нем выявляются женские черты: отсутствие кадыка ("адамового яблока");шею пересекают про­дольные "венерины" складки — то есть,женская голова на изящной шее вырастает из мужского тела,происходит мучительная,как рож­дение,как желанная,метаморфоза.

Душа отвергает опостылевшую оболочку,чтобы начать жизнь совершенно по-новому.О том,что процесс доставляет страдания легко заметить по напряженной позе и ощущаемому внутреннему напряжению изображенного.Боль мог смирить лишь напиток — возможно,это известная всем арийцам хаом (иначе сома). Она находилась в утерянной чаше,которую расен дер­жал в левой руке.Этот священное питьё,как и зеркало для медита­ции, были обязательными атрибутами усопшего.

Исследователь Е.Мавлеев в статье "Лукумоны" замечает:"В греческой Италии резко возрастает значение богов подземного мира. Здесь зеркала совер­шенно свободные от суеверий в материковой Греции,окружаются всяческими небылицами и превращаются в инструменте помощью которого этот мир общается с преисподней. Многое из этого харак­терно для Этрурии".Возможно,что греческая диаспора в Италии ис­пытала именно этрусское влияние.

Потусторонне метаморфозы не следует воспринимать как подо­бие хирургической операции по изменению пола.Скорее,имеется в виду посвящение в потустороннем мире в таинства жизни.Потому на лице этруска,приподнявшегося на ложе, застыло выражение изумле­ния от пережитого и увиденного внутренним взором.Только слияние двух противоположных начал,женского и мужского,по-восточному Инь и Ян,дает ощущение всей полноты существования,культивируемое,например,индийской Тантрой.

Вовсе не обязательно,чтобы этот этруск следующую жизнь начнет женщиной.Пережив уникальный духовный опыт,он может вновь родиться мужчиной,но,конечно, уже другим человеком,в ином теле.