Коммунисты призвали восстановить в Москве памятник Павлику Морозову

Партия «Коммунисты России» предложила воссоздать в Москве памятник Павлику Морозову, который стоял на Красной Пресне. Об этом в пятницу, 19 мая, РИА Новости сообщили в пресс-службе организации.

----------------------<cut>----------------------

Коммунисты призвали восстановить в Москве памятник Павлику Морозову

Павлик Морозов (в центре, в фуражке) с одноклассниками, слева — его двоюродный брат Данила Морозов, 1930 г.

Соответствующий запрос в столичную мэрию направил председатель партии Максим Сурайкин. Члены «Коммунистов России» приурочили свой призыв к 95-летию пионерской организации, которое отмечается 19 мая.

Памятник Павлику Морозову появился в посвященном ему детском парке на Красной Пресне в 1948 году, а в 1991-м его снесли. Подобные монументы существовали или продолжают существовать во многих городах, в том числе Симферополе и Челябинске, именем мальчика назывались улицы и учреждения, образ пионера часто использовался в советском кино, литературе и искусстве.

Павлик Морозов известен тем, что выступил на суде против своего отца, подтвердив показания матери о том, что муж ее избивал и приносил в дом вещи, полученные в качестве платы за выдачу фальшивых документов. Вместе с братом Федором был убит собственным дедом. В культуре Павлик Морозов часто выводился как пионер-герой, донесший на отца-кулака, который утаивал зерно от колхоза.

* * *

П.С.

Отец Павлика до 1931 года был председателем Герасимовского сельсовета. По воспоминаниям герасимовцев, вскоре после занятия этой должности Трофим Морозов начал пользоваться ей в корыстных целях, о чём подробно упоминается в уголовном деле, возбужденном против него впоследствии. Согласно показаниям свидетелей, Трофим стал присваивать себе вещи, конфискованные у раскулаченных. Кроме того, он спекулировал справками, выдаваемыми спецпоселенцам.

Вскоре отец Павла бросил семью (жену с четырьмя детьми) и стал сожительствовать с женщиной, жившей по соседству — Антониной Амосовой. По воспоминаниям учительницы Павла, отец его регулярно избивал жену и детей как до, так и после ухода из семьи. Дед Павлика сноху также ненавидел за то, что та не захотела жить с ним одним хозяйством, а настояла на разделе. Со слов Алексея (брата Павла), отец «любил одного себя да водку», жену и сыновей своих не жалел, не то что чужих переселенцев, с которых «за бланки с печатями три шкуры драл». Так же к брошенной отцом на произвол судьбы семье относились и родители отца: «Дед с бабкой тоже для нас давно были чужими. Никогда ничем не угостили, не приветили. Внука своего, Данилку, дед в школу не пускал, мы только и слышали: „Без грамоты обойдешься, хозяином будешь, а щенки Татьяны у тебя батраками“».

В 1931 году отец, уже не занимавший должность, был осуждён на 10 лет за то, что «будучи председателем сельсовета, дружил с кулаками, укрывал их хозяйства от обложения, а по выходе из состава сельсовета способствовал бегству спецпереселенцев путём продажи документов». Ему вменялась выдача поддельных справок раскулаченным об их принадлежности к Герасимовскому сельсовету, что давало им возможность покинуть место ссылки.