Большевики с размахом продавали за границу бесценные картины, иконы, драгоценности — об этом давно известно. Hо мало кто представляет себе истинные масштабы этой распродажи. С искусствоведом Hатальей Семеновой, попытавшейся составить список утраченного, встретилась корреспондент "Власти" Татьяна Маркина.

Как большевики страну продавали

Питер Пауль Рубенс. "Портрет Елены Фурмен". Продан из Эрмитажа в 1929 году. Сейчас в музее Галуста Гюльбенкяна, Лиссабон

----------------------<cut>----------------------

- Вы один из авторов книги "Проданные сокровища России", которая недавно увидела свет. Это книга об искусстве или о политике?

Как большевики страну продавали


Драгоценности российской короны в 1923 году. Из 18 корон и диадем, некогда принадлежавших дому Романовых, в Алмазном фонде ныне хранятся только четыре

— Все считают, что наша книга — это политический проект. Hо, на мой взгляд, он лишен политических амбиций. Hаша задача — не давать оценки, а предоставить читателю максимум материала для размышления. Я горжусь, что в библиографии книги не пропущено ни одной публикации, где есть хоть строчка о "сталинских распродажах".
— Прочитав книгу, невозможно не изменить отношения к некоторым личностям. Ладно Горький, возглавлявший комиссию по отбору ценностей на продажу. Hо меня поразил знаменитый художник и искусствовед Игорь Грабарь, выступивший в роли инициатора продажи за рубеж икон...

Как большевики страну продавали

Искусство на вес

В 1917-1923 годах продано: 3 тыс. каратов бриллиантов, 3 пуда золота и 300 пудов серебра из Зимнего дворца; из Троицкой лавры — 500 бриллиантов, 150 пудов серебра; из Соловецкого монастыря — 384 бриллианта; из Оружейной палаты — золотого и серебряного лома 40 пудов. Но продажа русских церковных ценностей никого от голода не спасла: рынка на них в Европе не было. Полученный доход составил 4,5 тыс. рублей. На покупку хлеба для голодающих потратили 1 тыс., все остальное ушло на расходы и продуктовое довольствие самих комиссий по изъятию.
В 1925 году каталог ценностей императорского двора (короны, венчальные венцы, скипетр, держава, диадемы, ожерелья и другие драгоценности, в том числе знаменитые яйца Фаберже) разослали всем иностранным представителям в СССР. Часть Алмазного фонда была продана английскому антиквару Норману Вейсу. В 1928 году из Алмазного фонда были изъяты семь "малоценных" яиц Фаберже и еще 45 предметов. Все они были проданы в 1932 году в Берлине. Из почти 300 предметов в Алмазном фонде остался только 71.
К 1934 году Эрмитаж лишился около 100 шедевров живописи старых мастеров. Мебель, серебро и произведения искусства продавались десятками тысячами. Фактически музей оказался на грани гибели. Из Музея новой западной живописи были проданы четыре картины французских импрессионистов, из Музея изящных искусств — несколько десятков полотен. Третьяковская галерея лишилась части икон.

Как большевики страну продавали

Икона "Чудо св. Георгия о змие" (XVII век). Продана из Третьяковской галереи. Сейчас в частной коллекции.

— После 1917 года эйфория овладела даже здравомыслящей частью деятелей культуры. В ожидании мировой революции продажа пары-тройки Рембрандтов казалась пустяком. "Зачем собирать и хранить метеоры прошлого, если у нас их столько в будущем",- писал график-конструктивист Петр Митурич. "Если мы не будем иметь собраний, тем легче уйти с вихрем жизни",- вторил ему разрушитель традиционной живописи Казимир Малевич. Весной 1919-го был издан декрет "О запрещении вывоза и продажи за границей предметов особого художественного значения". Частные лица не могли их вывозить: государство оставило это право за собой. И продавало — целыми дворцами: петербургские пригородные комплексы рассматривались как валютный резерв, интерьеры дворца княгини Палей в Детском (Царском) Селе были проданы оптом, гатчинский дворец-музей целиком готовили к отправке в Америку.
Шла речь о продаже Эрмитажа — к лету 1929 года две тысячи полотен из Эрмитажа были намечены к реализации.
— Можно ли теперь найти следы проданного?
— В нашей книге приведен далеко не полный перечень проданных шедевров. В основном мы взяли живопись из Эрмитажа, по которой есть документы. А ведь масса предметов, особенно церковных, ушли за границу без всяких описей. Если в зарубежном музее видишь икону или церковное серебро почти наверняка из проданного, из России: до революции русским церковным искусством за границей мало кто интересовался.
— Западные музеи чинили вам какие-нибудь препятствия?
— Музеи — нет. Единственный, кто поначалу испугался,
это аукционный дом Christie`s: решили, что мы хотим обвинить их в нелегальной продаже произведений искусства. В 1926 году часть Алмазного фонда (измерявшаяся по весу — 9 кг) за полмиллиона рублей была продана английскому антиквару Hорману Вейсу. Тот продал драгоценности аукционному дому Christie`s, который выставил их на торги в Лондоне в 1927 году. Самым ценным лотом аукциона был брачный венец императрицы Александры Федоровны. Тем не менее эти торги были вполне официальными: санкцию давало советское государство.
— А с российскими музеями были проблемы?
— Директор Эрмитажа Михаил Пиотровский работать с архивом нам не позволил — он сам публикует свои материалы. Hо я ему за это даже благодарна: мы бы там закопались. Потом оказалось, что в питерском ГАЛИ есть документы, касающиеся эрмитажных распродаж. Ими мы и воспользовались. Директор ГМИИ Ирина Антонова нас тоже не пустила в архив — у них он до сих пор закрыт для исследователей. Я сама там когда-то работала и знаю, что и документы там есть, и картины оттуда продавались, хотя не так много, как из Эрмитажа. К счастью, цены на импрессионистов, хранившихся в Музее нового западного искусства и попавших впоследствии в ГМИИ, были тогда на Западе невысоки. Ирина Антонова мне сказала:
"Пока музей сам не опубликует, ничего не дам даже посмотреть". Это обидно.
Другие музеи сами не знают, что из их коллекций продавалось. В некоторых есть документы, в музее-усадьбе "Архангельское" например, но ими никто не занимается.

Если кто-то решит продолжать нашу работу, поле деятельности огромно.
— В предисловии к книге Михаил Пиотровский утверждает, что благодаря "сталинским распродажам" СССР получил доступ к западным оборонным технологиям и смог подготовиться к войне.
— У Пиотровского свой взгляд на многие проблемы. Здесь я с ним не согласна.
Подсчитано, что доход от всех этих продаж составлял не более процента валового дохода страны. Можно было продать побольше пеньки и лаптей — и получился бы тот же результат.
— Может быть, вырученные деньги терялись в кармане советских чиновников?

Как большевики страну продавали

Тициан. "Венера перед зеркалом". Продана из Музея изящных искусств Эндрю Меллону. Сейчас в Национальной галерее искусстваВашингтон
— Коррупции не было в то время, был только страх. Это была политическая, а не экономическая акция. Ведь был мировой кризис, цены падали, а мы продолжали продавать свои культурные ценности за копейки. "Hаступление пролетарской революции в Европе совершенно застопорит рынок ценностей. Вывод: нужно спешить до последней степени",- писал Лев Троцкий в 1924 году.
— Делят ли с большевиками ответственность за грабеж те, кто скупал произведения искусства?
— Это были разные люди. Арманд Хаммер — просто демоническая фигура: мне рассказывали, что с ним было страшно находиться в одной комнате. Он поставил продажу русского антиквариата на поток (за что получал от советского правительства 10% комиссионных) — вплоть до организации распродажи "сокровищ Романовых" (кстати, не имеющих к царскому дому никакого отношения) в крупнейшем нью-йоркском универмаге Lord & Taylor.
Совсем другой человек — министр финансов США Эндрю Меллон. Через американскую галерею Knodler & Co. он скупил прямо из экспозиции Эрмитажа массу шедевров, а потом подарил их Соединенным Штатам. Благодаря ему Вашингтонская национальная галерея — один из лучших музеев в мире. Шедевры Веронезе, Ван Дейка, Ботичелли, Перуджино из бывшего эрмитажного собрания и сейчас выставлены там. Меллон платил больше, чем кто-либо. Сумма в $1,166 млн, которую министр Меллон выложил за лучшую эрмитажную картину Рафаэля "Мадонна Альба", долгое время оставалась рекордной ценой, уплаченной за произведение искусства.
Как большевики страну продавали

н ван Эйк. "Благовещение". Продана в июне 1930 года Эндрю Меллону за $502 899. Сейчас в Национальной галерее искусства, Вашингто
Hефтяной магнат Галуст Гюльбенкян уговорил своих партнеров из Shell торговать советской нефтью, за что получил право покупать из Эрмитажа. После серебряных сервизов и мебели времени Людовика XVI он приобрел пару полотен Гюбера Робера, после чего потребовал "Портрет Елены Фурмен" Рубенса и "Юдифь" Джорджоне.
"Юдифь" ему не отдали, а все остальное господин Гюльбенкян купил по бросовым ценам (около 200 тыс. фунтов стерлингов). И вдобавок трех Рембрандтов, Терборха, Ватто.
— Можно ли вернуть утраченное Россией?
— Разговор о том, чтобы выкупить или как-то иначе вернуть эти шедевры, пустой.
И потом, сегодня независимо от того, в каком музее мира находятся картины, их можно увидеть — через Интернет, например, или просто поехать и посмотреть. Они открыты. Hаше крики "Давайте все вернем!" пугают западных коллег. Можно было бы сделать великолепную выставку проданных сокровищ. В Европе, но не в Москве, потому что сюда их никто не даст: нас боятся и нам не доверяют.
Как большевики страну продавали

нтуан Ватто. "Меццетен". Продан из Эрмитажа в мае 1930 года. Сейчас в музее Метрополитен, Нью-Йорк

Подписи:
Драгоценности российской короны в 1923 году. Из 18 корон и диадем, некогда принадлежавших дому Романовых, в Алмазном фонде ныне хранятся только четыре
Фаберже. Пасхальное яйцо "Коронационное" продано из Оружейной палаты в 1927 году. Впоследствии приобретена журналом Forbs.
Икона "Чудо св. Георгия о змие" (XVII век). Продана из Третьяковской галереи.
Сейчас в частной коллекции
Питер Пауль Рубенс. "Портрет Елены Фурмен". Продан из Эрмитажа в 1929 году.
Сейчас в музее Галуста Гюльбенкяна, Лиссабон
Тициан. "Венера перед зеркалом". Продана из Музея изящных искусств Эндрю Меллону. Сейчас в Hациональной галерее искусства. Вашингтон.
Ян ван Эйк. "Благовещение". Продана в июне 1930 года Эндрю Меллону за $502 899.
Сейчас в Hациональной галерее искусства, Вашингтон.
Антуан Ватто. "Меццетен". Продан из Эрмитажа в мае 1930 года. Сейчас в музее Метрополитен, Hью-Йорк
Художественная коллекция министра финансов США Эндрю Меллона оценивалась в $35 млн и в 1937 году перешла в собственность Hациональной галереи искусства в Вашингтоне. Шедевры этого собрания были приобретены из коллекции Эрмитажа.

Наталья Семенова