История знает множество женщин, отдавших жизнь за идеалы свободы и справедливости. Эсерка Мария Спиридонова занимает в этом списке особое место. Ей было прожить на этом свете 57 лет. Из них 32 года она провела в заключении.

Мария Спиридонова — эсеровская мученица

Спиридонова боролась всю жизнь: вначале против самодержавия, потом — против буржуазии и тех, кто спускал революцию на тормозах, а затем — против политического деспотизма и чиновничьего произвола бывших союзников — большевиков.

----------------------<cut>----------------------

В судьбе Марии Спиридоновой, как в капле родниковой воды, отразилась русская революция со всеми её надеждами, победами, разочарованиями и поражениями. Однако Спиридонова никогда не отрекалась от революции. Она стойко вынесла все мучения. И умерла она, веря в будущее революционного народного социализма. Точнее — погибла. С чекистской пулей в затылке.

Начало пути

Спиридонова Мария Александровна (16 октября 1884, Тамбов — 11 сентября 1941, Медведевский Лес, близ Орла). Из дворян. Родилась в семье коллежского советника. В Тамбовской гимназии в 6-м классе включилась в работу местной эсеровской организации. В 1902-м ушла из 8-го класса гимназии (по другой версии, была исключена за политическую неблагонадежность). Работала конторщицей в губернском дворянском собрании. С 1905 года — активистка боевой дружины Партии социалистов-революционеров (ПСР). Впервые арестована за участие в демонстрации в 1905-м, наказания не понесла.

16 января 1906 года по решению Тамбовского комитета эсеров совершила террористический акт — смертельно советника Тамбовского губернского правления Гавриила Луженовского — создателя в Тамбовской губернии отделения национально-монархической организации «Союз русских людей» и усмирителя крестьянский волнений в Тамбовской губернии. Спиридонова выслеживала Луженовского на станциях и поездах несколько дней, пока не предоставился случай убить его. Она выпустила в него, в этого полного человека, пять пуль. Что было потом, точно неизвестно. По одной из версий, у 22-летней Спиридоновой случился нервный срыв, и она бегала по железнодорожной платформе, крича: «Я убила его!» По другой версии, она попыталась застрелиться, но но не успела: подбежавший казак оглушил её ударом приклада.

Мария Спиридонова — эсеровская мученица

Дело Спиридоновой получило международную огласку и имело заметный общественный резонанс. 12 марта 1906 выездная сессия Московского военного окружного суда приговорила Спиридонову к смертной казни через повешение, но затем приговор был заменён бессрочной каторгой

В полицейском участке жандармы, раздев Марию донага, жестоко избивали её, а потом истязали, туша о её грудь окурки, затем в вагоне, по пути в Тамбов, изнасиловали… Врач, осматривавший Спиридонову в тюрьме, засвидетельствовал многочисленные повреждения — следы изнасилования.

Дело Спиридоновой получило международную огласку и имело заметный общественный резонанс. 12 марта 1906 выездная сессия Московского военного окружного суда приговорила Спиридонову к смертной казни через повешение, но затем приговор был заменён бессрочной каторгой, которую она отбывала в Нерчинских острогах. Длительное время Спиридонова, как и другие заключённые социалистки, провела в Мальцевской тюрьме, где содержали уголовных преступниц.

Против торможения революции

3 марта 1917 года была освобождена по распоряжению Александра Фёдоровича Керенского, который в первом составе Временного правительства был министром юстиции. С именем Спиридоновой связано создание в Чите эсеровского комитета, стоявшего на позициях интернационализма и максимализма. До середины мая Спиридонова принимала участие в работе Читинского Совета Рабочих и солдатских депутатов. 13 мая после речи Спиридоновой исполком Читинского Совета принял решение о ликвидации Нерчинской каторги.

31 мая Мария Александровна прибыла в Москву в качестве делегата от Забайкальской области на 3-й съезд ПСР, на котором её избрали в почётный президиум. Тогда же она вошла в Северный комитет партии, в котором преобладали сторонники углубления революции. Кандидатура Спиридоновой выдвигалась при выборах в ЦК ПСР, но необходимого количества голосов не набрала.

На 3-м съезде ПСР чётко обозначился раскол этой партии на левое и правое крылья. Правое крыло представлял, в частности, Николай Авксентьев, который убеждал однопартийцев не поддаваться большевистской пропаганде о необходимости передачи всей полноты власти рабочим и солдатским советам. «При таких методах действия, при такой тактике, какую рекомендуют социал-демократы-большевики, которые говорят о захвате власти Советом, мы стоим перед опасностью того максимализма, той поспешности революционного созидания, которые рискуют изолировать революционную демократию, рискуют отбросить те слои, которые идут вместе с ней, и пробудить контрреволюционное чувство… Когда завоёванная революция недостаточно закреплена, рискованно создавать ту пропасть между отдельными силами, в которой может погибнуть и смысл русской революции», — объяснял он.

Мария Спиридонова — эсеровская мученица

Однако Спиридонова в ходе партийного съезда Спиридонова присоединилась к левому крылу ПСР и вошла в состав его Оргбюро. Затем она участвовала в работе 1-го Всероссийского съезда Советов крестьянских депутатов. Её избрали в Исполком Всероссийского Совета крестьянских депутатов от 12-й армии.

В июне Спиридонова включилась в деятельность петроградской организации эсеров и начала сотрудничать в органе Северного комитета — газете «Земля и Воля». 4 июля, по свидетельству большевика Фёдора Раскольникова, Спиридонова приветствовала кронштадтских моряков, прибывших в Петроград для участия в вооруженной демонстрации (см.: Раскольников Ф. Ф. Кронштадт и Питер в 1917 году. 2 ИЗД., М, 1990, с. 132). В августе 7-й Совет партии включил Спиридонову в список обязательных кандидатов от ПСР на выборах в Учредительное Собрание. В августе-сентябре Спиридонова участвовала в работах губернских съездов и конференций ПСР. 16 августа на Петроградском губернском съезде выступила с речью «О современном моменте».

С августа под её редакцией начал выходить журнал «Наш Путь», в первом номере которого была опубликована её программная статья «О задачах революции», ставшая своего рода «руководством к действию» для левого крыла ПСР:

«Революционный социализм — это мерка, которой должны быть отмечены все акты Партии Социалистов-Революционеров… — писала Спиридонова. — С этой точки зрения наша программа не может изменяться и не должна приспособляться к условиям места и времени, наоборот, до неё должна быть поднята всякая действительность… В настоящее время утверждать действенно теоретически и практически, что наша революция буржуазная, сотрудничать с буржуазией в области и политической и экономической — это значит укреплять окончательно расшатавшийся буржуазный строй, это значит помогать ему продержаться годы, десятки годов на сгорбленных плечах трудящегося класса…

Партия Социалистов-Революционеров идёт во главе социальной революции, её программа в своём осуществлении взрывает один из прочнейших устоев современного строя (землевладение), нарушает один из священнейших принципов буржуазного строя — частную собственность… И вот… Партия Социалистов-Революционеров, под давлением заполнивших правое крыло партии обывательских, ничего общего с социализмом не имеющих элементов, отклоняется всё дальше от своего единственно верного пути — тесной неразрывной связи и единения с народом… она включает в свою тактику меры и принципы, не только не освящаемые общими принципами нашей программы, но резко противоречащие им, посягающие на их логическую и моральную целостность».

С одной стороны, Спиридонова была права, критикуя руководство партии за то, что сразу после Февраля оно открыло её двери всем желающим, отчего партия разбухла, насчитывая более миллиона членов, и далеко не все из них хотели продолжения и углубления революции; с другой стороны, Спиридонова ударилась в морализм и идеализм, призывая поднимать действительность до уровня партийной программы — а сама действительность была далека от принципов программы ПСР. В этом смысле правда была на стороне Авксентьева, а не Спиридоновой.

В этой же статье Спиридонова, оценив политику Временного правительства, определяла дальнейшие шаги ПСР: «Политика официальных правящих кругов бесконечно далеко отошла от политики народной, как извне, так и внутри, и Партии Социалистов-Революционеров нечего там делать… Но на всех скорбных путях русской и мировой жизни наше место… должно определяться в свете нашей Идеи, в духе нашей программы — всегда под знаменем социализма, всегда революционным методом, всегда через народ, с народом и для народа».

Во время корниловского выступления Спиридонова пыталась наладить связь с ЦК РСДРП (б), резко критиковала политику ЦК ПСР, публично заявляя, что спасением революции является переход власти к рабочим и крестьянам. В этот период Спиридонова выступала с резкими нападками на политику Временного правительства и Исполкома Всероссийского Совета крестьянских депутатов. По словам члена Исполкома Георгия Константиновича Покровского, она публично заявляла: «Если крестьянам не передают помещичью землю, то только благодаря продажному президиуму, вошедшему в стачку с продажным Керенским и буржуазией» (см. : Год русской революции (1917-1918 гг.). Сб. ст. М. 1918. с. 431). Так же решительно протестовала она против введения смертной казни. 10 сентября Спиридонова была избрана в петроградский горком ПСР, вошла в редколлегию его органа газеты «Знамя Труда». 15 сентября она была избрана делегатом Петроградского Совета.

В качестве делегата от Исполкома Всероссийского Совета крестьянских депутатов Спиридонова участвовала в работе Демократического совещания; на нём 18 сентября в своей речи осудила коалицию с кадетами; по вопросу о власти по вопросу о власти заявила: «Долой коалицию, и да здравствует власть народа и революции!» (см.: Безбережьев С. В., М. А Спиридонова / в кн: Россия на рубеже веков. Исторические портреты. М. 1991. с. 342). Как представитель Совета крестьняских депутатов Мария Александровна вошла во Временный Совет Российской Республики (Предпарламент), а также избрана гласным Петроградской городской думы.

Спиридонова настойчиво добивалась созыва 2-го Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов, участвовала в борьбе за власть Советов, но при этом не во всём соглашалась с большевиками. По свидетельству Надежды Крупской, за «пару часов до открытия съезда В [ладимир] И [льич]. Ленин встречался со Спиридоновой и другими представителями левых эсеров и пытался убедить их войти в правительство, однако желаемого результата не достиг (см.: Крупская Н.К. Воспоминания о В.И. Ленине. М. 1957. с. 319). Левые эсеры вошли в советское правительство, но немного позже.

2-й Съезд Советов избрал Спиридонову в Президиум. После того как ЦК ПСР исключил оставшуюся на съезде левую оппозицию из партии, Спиридонова выступила за созыв Всероссийского съезда левых эсеров. 28 октября стала одним из членов Временного Центрального Оргбюро левых эсеров, а 6 ноября была избрана членом Президиума ВЦИК: в дальнейшем избиралась членом Президиума ВЦИК 3-4-го созывов. 11 ноября Чрезвычайный Всероссийский съезд Советов крестьянских депутатов (11-25 ноября) избрал Спиридонову своим председателем.

Выступая 15 ноября на совместном заседании ВЦИК Петроградского Совета и Чрезвычайного Всероссийского съезда Советов крестьянских депутатов, Спиридонова сказала:

«Пусть знает русский крестьянин, что, не связав себя с русским рабочим, не связав себя с рабочим и крестьянином Франции, Англии, Австралии и Германии и всех остальных стран мира, он не добьётся не только свободы и равенства, но даже того клочка земли, который так жизненно ему необходим».

Спиридонова призвала также к единению левых сил: «Пусть единая революционная демократия выступает единым фронтом. Оставим наши споры… Да здравствует братский союз рабочих, солдат и крестьян!» (см.: Протоколы заседаний ВЦИК Советов рабочих, солд., крестьянских и казачьих дел. II созыв. М. 1918. с. 65-66).

На пленуме ВЦИК 17 ноября Спиридонова сделала заявление, что фракция левых эсеров считает «нецелесообразным и грубо ошибочным политическим шагом» декрет большевистского СНК о роспуске Петроградской городской думы. В то же время она подчеркнула «неизбежность» для левых эсеров принять участие в «создании ответственной перед Центральным Исполнительным комитетом власти и в самих органах этой власти» (там же. с. 71)
19 ноября открылся Всероссийский съезд левых эсеров, избравший Спиридонову своим почётным председателем. В речи на съезде 21 ноября она резко критиковала руководство ПСР за отрыв от старой партийной программы и заявила, что в эту партию входят лица, «чуждые социализму». Обращаясь к съезду, она говорила: «Нам необходимо как молодой партии завоевать крестьянство». Противопоставив «советскую» демократию «буржуазной», Спиридонова утверждала: «Путём парламентской борьбы мы не можем прийти к социализму» (см.: Протоколы 1-го съезда Партии левых социалистов-революционеров (интернационалистов); М. 1918. с. 34-351).

Спиридонова вошла в ЦК ПЛСР. 26 ноября открылся 2-й Всероссийский съезд Советов крестьянских депутатов, расколовшийся затем на две части и избравший два альтернативных исполкома: во главе «левого» была Спиридонова, а во главе «правого» — Виктор Чернов, идеолог ПСР. 13 декабря Спиридонова была избрана почётным председателем Петроградского Совета. Почетным председателем её избрал и Всероссийский съезд железнодорожников; выступив на нём 14 декабря с речью, она признала «социалистический характер» Октябрьской революции (см.: Безбережьев С.В. указ. соч. в кн; Россия на рубеже веков. с. 344).

Мария Спиридонова — эсеровская мученица

Как член Учредительного Собрания (от Владимирского избирательного округа) Спиридонова 5 января 1918 былана его открытии. Кандидатуру Спиридоновой выдвинули в председатели Учредительного Собрания фракции левых эсеров и большевиков. Спиридонова (153 голоса) проиграла выборы Чернову (244 голоса). Вместе с другими левыми эсерами она покинула Учредительное Собрание. Выступая 6 января в Тенишевском училище, она «объяснила необходимость роспуска Учредительного Собрания, говорила о роли Советов… и призывала товарищей рабочих и работниц теснее сплотиться вокруг знамени Советской власти» (см.: «Революционная Работница». 1918. N 1. с. 16).

7 января Спиридонова участвовала в работе 1-го Всероссийского съезда профсоюзов, также избравшего её в почётные председатели, и выступила на нем с речью. 10-12 января прошли совместные заседания ЦК РСДРП (б) и ЦК ПЛСР, обсуждавшие вопросы дальнейшей тактики. По свидетельству Спиридоновой, «долгие часы, несколько дней проходило у нас в закулисных заседаниях, в бесконечных спорах с большевиками для отвоевания того или иного пункта нашей программы» [см.: Разгон А.И. Правительств, блок большевиков и левых эсеров (окт. 1917 — янв. 1918), Ист. записки. т. 117. М. 1989. с. 144).

13 января Спиридонова участвовала в открытии 3-го Всероссийского съезда Советов крестьянских депутатов и вечером того же дня выступила на объединенном заседании съездов Советов крестьянских депутатов и рабочих и солдатских депутатов. В своей речи она сказала:

«Чрезвычайно важно собрать все силы революционной России, чтобы из них создать единое революционное целое, сплошной ком единой социальной энергии и продолжать борьбу, без всякой пощады и без всяких колебаний, отметая всё, что будет встречаться на пути нашей борьбы, которая должна привести нас в светлое царство социализма».

Противопоставив советскую форму организации Учредительному Собранию, она заявила о необходимости утвердить Советы «Трудовым Учредительным Собранием, которому должны принадлежать во всей полноте все исполнительные, и законодательные функции, все решения которого должны почитаться для всех одинаково обязательным и незыблемым законом» (см.: 3-й Всерос. съезд Советов РСКД. Пг. 1918. с. 45-46).

Она также призвала съезд принять закон о социализации земли. Съезд на заседании 18 января без прений утвердил первый раздел закона и принял за основу остальные разделы. 27 января объединенный ВЦИК утвердил закон в целом. В числе других советских руководителей его подписала и Спиридонова. Её перу принадлежит предисловие к тексту «Основного закона», опубликованному в 1918 году издательством левых эсеров «Революционный социализм». По завершении работы 3-го съезда Советов Спиридонова возглавила Исполком крестьянской секции ВЦИК, которая взяла на себя многие функции упразднённого Исполкома Совета крестьянских депутатов.

В статье «Письма в деревню» Спиридонова изложила левоэсеровские взгляды на крестьянство: «…Крестьянство за короткое время революционизировалось настолько, что без прений и колебаний Крестьянский Съезд пошёл в Таврический дворец, чтобы поддержать и одобрить Советскую власть так же искренне и с силой, как представители воинства и пролетариата»; «Третий Крестьянский Съезд был уже новым этапом на Пути тернистого и великого исторического прохождения крестьян к социализму»: «Крестьянство — не только материал для истории, не только пережиток известного строя, подлежащий глубочайшей социологической трансформации, и даже уничтожению, но класс будущего, жизнеспособный и устойчивый исторически, класс, несущий миру и новый строй и новую правду» («Наш Путь». 1918. № 1. С. 16-17).

С её точки зрения, «в настоящее время главнейшим социальным фактом нашей революции является земля и земельный вопрос, и движущей силой нашей социальной революции является крестьянство».

В конце февраля Спиридонова участвовала в ряде заседаний ВЦИК, ЦК ПЛСР, а также объединённых заседаний последнего с ЦК РСДРП(б) по вопросу о подписании Брестского мира. Её позиция в этом вопросе совпадала с точкой зрения той части большевистского ЦК, которая поддерживала Ленина (см.: Безбережьев С.В. Указ. соч., в кн.: Россия на рубеже веков.… с. 346).

Спиридонова активно участвовала в подготовке 2-го съезда ПЛСР, входя в комиссии по его организации и открытию. 17 апреля 1918 года съезд избрал Спиридонову в президиум. 19 апреля она выступила на нём с докладом по текущему моменту. Полемизируя с другим докладчиком, Борисом Камковым, Спиридонова призвала левых эсеров разделить с большевиками ответственность за Брестский мир:

«Мир был подписан не нами и не большевиками: он был подписан нуждой, голодом, нежеланием всего народа — измученного, усталого — воевать. И кто из нас скажет, что ПЛСР, представляй она одна власть, поступила бы иначе, чем поступила партия большевиков?» (см.: «Знамя Труда». 1918. 19 апр.).

«Главнейшей задачей текущего дня» было, по её мнению, «реальное воплощение в жизнь закона о социализации земли, а воплощение это, как показала практика, невозможно без участия в аппарате власти» (там же). Ввиду этого Спиридонова принципиально осуждала левых эсеров за выход из центрального правительства: «Как партия классовая, народная, ПЛСР не имеет права строить политику на основании личных переживаний, и в эпоху социальной революции играть в политическую игру. Уходом от власти левые с-р. предали крестьянство» (там же). Однако позиция Спиридоновой не получила поддержки большинства. Выдвинутая в ЦК, она взяла самоотвод, но он не был удовлетворен.

Отстаивая идеалы

Среди членов ЦК ПЛСР Спиридонова дольше других выступала за политический союз с большевиками. Но в период с мая по июль 1918 в своих публичных выступлениях Спиридонова решительно осудила внешнюю и внутреннюю политику Совета народных комиссаров (СНК), критиковала аграрную политику большевиков, говоря, что социализация земли подменяется национализацией.

Мария Спиридонова — эсеровская мученица

Вместе с Камковым Спиридонова вела переговоры с членами исполкома «Революционной интернационально-социалистической организации иностранных рабочих и крестьян» по вопросу об организации антинемецкого выступления на Украине. 24 июня она председательствовала на заседании ЦК ПЛСР, принявшего решение «в интересах русской и международной революции положить конец т.н. передышке»; «В этих целях — организовать ряд террористических актов в отношении виднейших представителей германского империализма» (см.: «Красная книга ВЧК». т. 1, 2 изд. М. 1989, с. 185).

Для проведения этого плана ЦК ПЛСР выделил Бюро, в которое вошли Лазарь Голубовский, Илья Майоров и Спиридонова. В протоколе заседания, подписанном Спиридоновой, оговаривалось: «Мы рассматриваем свои действия как борьбу против настоящей политики Совета Народных Комиссаров и ни в коем случае как борьбу против большевиков» (там же. с. 186).

Состоявшийся 28 июня 1918 года 3-й съезд ПЛСР предоставил ЦК свободу действий. Спиридонова высказалась на съезде за то, чтобы ПЛСР стала правящей партией. 4 июля при открытии 5-го Всероссийского съезда Советов Спиридонова была избрана в его Президиум. 5 июля она выступила на съезде с отчётным докладом о работе Крестьянской секции, в котором поставила под сомнение дальнейшее её существование:

«Сначала мы работали рука об руку с большевиками, часто делая уступки в партийных вопросах, …чтобы не было разногласий. Но по вопросу о Брестском договоре произошло разногласие… и с этого времени начинаются совершенно другие условия работы… Нашей секции не давали проводить её проектов. Ей старались устроить всякие препятствия… Я считаю… что уже на этом Съезде Советов пройдёт вопрос об уничтожении Крестьянской секции…» ( см.: 5-й Всерос. съезд Советов рабочих, крест., солд. и казачьих депутатов. Стенографич. отчёт. М. 1918. с. 53-54).

Мария Спиридонова — эсеровская мученица

Также резко Спиридонова критиковала продовольственную политику большевиков, а о комбедах прямо заявила: «Мы будем бороться на местах, и комитеты деревенской бедноты места себе иметь не будут» (там же. с. 59). Она подвергла критике и другие мероприятия СНК, особенно декрет о смертной казни.

В событиях 6-7 июля Спиридонова проявила максимальную активность. Вечером 6 июля при её непосредственном участии в штабе отряда ВЧК команда эсера-чекиста Дмитрия Попова арестовала Феликса Дзержинского. Затем Спиридонова вместе с Голубовским отправилась на съезд Советов для оглашения декларации ЦК ПЛСР об убийстве Вильгельма Мирбаха. В Большом театре под руководством Спиридоновой проходили совещания фракции левых эсеров. Тем временем верные большевикам части латышских стрелков подавили восстание левых эсеров в Москве.

В ночь с 7 на 8 июля Спиридонова была арестована и препровождена на гауптвахту в Кремль. На допросе в следственной комиссии при ВЦИК 10 июля она взяла вину за выступление левых эсеров на себя и показала: «Я организовала дело убийства Мирбаха с начала до конца. Блюмкин (Яков Блюмкин — чекист, на момент восстания левых эсеров — левый эсер — прим. SN) действовал по поручению моему» (см.: «Красная книга ВЧК». с. 268-69).

Жертва произвола

27 ноября Верховный революционный трибунал при ВЦИК приговорил Спиридонову к 1 году тюрьмы, «принимая во внимание особые заслуги перед революцией». 29 ноября Президиум ВЦИК амнистировал её, она была освобождена из-под стражи.

В страшном 1937 г. Спиридонова полной мерой оценила, что значит государственный террор против своего народа, о котором она предупреждала еще в 1918 г. Теперь ей инкриминировали подготовку покушения на К. Е. Ворошилова и всех членов правительства Башкирии, руководство несуществующей «Всесоюзной контрреволюционной организацией», вредительство, разработку террористических актов против руководителей государства, включая И. В. Сталина. По «делу» проходил 31 человек. Многие не выдерживали пыток и давали ложные показания. «Сломался» и муж Спиридоновой.

В декабре 1918 года — феврале 1919 года Спиридонова включилась в политическую деятельность. Участвовала в работе 2-го Совета ПЛСР, редактировала партийный журнал «Знамя». Одна на свободе она пробыла недолго. В РСФСР царствовал красный террор. И 18 февраля 1919-го Спиридонова была вновь арестована и приговорена Московским революционным трибуналом к изоляции от общественной и политической деятельности сроком на 8 месяцев. 2 апреля ей удалось бежать из-под стражи. Перейдя на нелегальное положение, вернулась к партийной работе и возглавила меньшинство ЦК, выступавшее за активное противодействие политике РКП (б).

В октябре 1920-го Спиридонова была задержана чекистами, некоторое время провела в лазарете ВЧК и в тюремной психиатрической лечебнице. С сентябре 1921-го жила в изоляции и под контролем ВЧК в подмосковной Малаховке. С 1925 года находилась в ссылке (Самарканд, затем Уфа). В ссылке вышла замуж за Майорова, работала экономистом-плановиком и на другой хозяйской работе. В 1937-м вновь арестована органами НКВД.

7 января 1938-го Военная коллегия Верховная суда СССР приговорила её к 25 годам тюремного заключения. Отбывала срок в Ярославской и Орловской тюрьмах. 11 сентября 1941 года, когда немцы наступали на Москву, по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР Спиридонову расстреляли. В 1990-м она реабилитирована по делу 1941-го, в 1992-го по делам 1918-го, 1923-го, 1924-го, 1937-го. Из 57 лет жизни Спиридонова провела на свободе всего 25 лет.

Марию Спиридонову убили осенью сорок первого. Немецкие войска наступали, Сталин не знал, какие города он сумеет удержать, и велел наркому внутренних дел Берии уничтожить «наиболее опасных врагов» в тюрьмах.

6 сентября Берия представил вождю список. Сталин в тот же день подписал совершенно секретное постановление Государственного комитета обороны:

«Применить высшую меру наказания – расстрел к 170 заключенным, разновременно осужденным за террор, шпионско-диверсионную и иную контрреволюционную работу. Рассмотрение материалов поручить Военной Коллегии Верховного Суда».

В Военной коллегии приговоры оформили за один день. Всех перечисленных Берией заочно признали виновными по статье 58-10, часть вторая, приговор – расстрел. 11 сентября 1941 года чекисты расстреляли 157 политзаключенных Орловского централа. Обреченных вызывали по одному. Запихивали в рот кляп и стреляли в затылок. Тела на грузовиках вывезли в Медведевский лес и закопали.

Среди них была Мария Спиридонова, ее муж Илья Майоров, разработавший эсеровский закон о земле, а также несколько десятков немцев-коммунистов и других политэмигрантов.

Мария Спиридонова потеряла в жизни все, включая свободу, поскольку выступала против сотрудничества с Германией, и, тем не менее, ее уничтожили под нелепым предлогом, что она может перейти к немцам!..