Ученые, конечно, не избежали общих политических репрессий, обрушившихся на страну в 30-е годы. Однако они также подверглись системным репрессиям и преследованиям в связи со своей профессиональной деятельностью.

Репрессии ведущих ученых-физиков

----------------------<cut>----------------------

Для точности, под репрессиями в дальнейшем подразумевается арест, чем бы он потом ни завершился – от освобождения до смерти. Опять же для определенности я ограничусь теми, кто занимался фундаментальной физикой, и связанными с ней в том или ином отношении учеными.

Число репрессированных в 30-е годы физиков (со всеми приведенными выше оговорками), конечно, мизерно в сравнении с общим количество жертв. Оно вряд ли превышает три сотни. Но и физиков тогда было очень немного.

Репрессии ведущих ученых-физиков

Репрессии ученых именно как ученых начались в конце 20-х годов и ознаменовались «Делом академиков» в 1929 г., которое коснулось в основном гуманитариев.

Однако в 1931 г. уже были «дело» академика П.П. Лазарева и «дело» математика академика Н.Н. Лузина, правда, последнего не арестовывали. Основная волна дел началась в 1935 г. Это – Пулковское дело (1936 г.), затронувшее далеко не только астрономов и Пулковскую обсерваторию (более 60 репрессированных), дело ЛФТИ (43 репрессированных), дело УФТИ (11 репрессированных). В Москве был арестован и расстрелян декан физического ф-та МГУ Б.М. Гессен, и с факультета вынужден был уйти его близкий друг И.Е. Тамм, которого при этом постоянно «прорабатывали» в ФИАНе. Фактически был разгромлен физфак Ленинградского ун-та – одна из трех (наряду с МГУ и Ленинградским политехническим ин-том) основных довоенных «кузниц» физических кадров. «Трясли» и остальных, но по периферии, за исключением Харькова и Саратова, так и нет данных.

Подобно списку ведущих физиков в 1950 – 79 гг. (см. Приложение 1), я составил список ведущих физиков в 30-е годы. Он содержит 114 человек. Из этих 114 известных ученых были репрессированы 28 человек, то есть 25%:

· Бронштейн Матвей Петрович,
· Будницкий Даниил Зельманович,
· Бурсиан Виктор Робертович,
· Вальтер Петр Александрович, чл.-кор. АН СССР,
· Герасимович Борис Петрович, астроном, директор Пулковской обсерватории,
· Гессен Борис Михайлович, чл.-кор. АН СССР,
· Горский Вадим Сергеевич,
· Гросс Евгений Федорович,
· Иваненко Дмитрий Дмитриевич,
· Константинов Александр Павлович,
· Кирпичев Михаил Викторович, чл.-кор. АН СССР,
· Крутков Юрий Александрович, чл.-кор. АН СССР,
· Лазарев Петр Петрович, академик АН СССР,
· Ландау Лев Давидович,
· Лашкарев Вадим Евгеньевич,
· Лейпунский Александр Ильич, академик АН УССР,
· Лукирский Петр Иванович, чл.-кор. АН СССР,
· Нелидов Иван Юрьевич,
· Нумеров Борис Васильевич, чл.-кор. АН СССР,
· Обреимов Иван Васильевич, чл.-кор. АН СССР,
· Перепелкин Евгений Яковлевич,
· Рожанский Дмитрий Апполинариевич,
· Розенкевич Лев Викторович,
· Румер Юрий Борисович,
· Соколов Павел Тимофеевич,
· Фок Владимир Александрович, чл.-кор. АН СССР,
· Фредерикс Всеволод Константинович,
· Шубников Лев Васильевич.

Следует отметить, что в этом списке присутствуют 10 членов АН СССР, то есть академическое звание отнюдь не спасало. Всего, по всем дисциплинам, было репрессировано более 100 академиков и чл.-кор. АН СССР.

Кое-кого из репрессированных удавалось, в конце концов, вызволить (В.А. Фок, Л.Д. Ландау, Д.Д. Иваненко), а кого-то нет (М.П. Бронштейн, Л.В. Шубников). В Москве по спискам, подписанным членами Политбюро и потому сохранившимся, тогда расстреляли свыше 140 профессоров и докторов наук.

Отдельные физики были репрессированы и во время войны, даже в блокадном Ленинграде, например, чл.-кор. АН СССР Игнатовский Владимир Сергеевич (1875 – 1942).

После войны системные, если не репрессии, то преследования ученых возобновились. В 1947 г. Сталин опять начал мобилизацию страны, еще не оправившуюся от победы. В науке была инициирована кампания борьбы с "низкопоклонством", а в 1948 г. еще и с «безродными космополитами». Особенно остро эта борьба развернулась в биологии, спровоцированная голодом 1946 г. и хроническим дефицитом продовольствия в стране.

Хотя Т.Д. Лысенко с 1938 г. был Президентом ВАСХНИЛ (Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. В.И. Ленина) его научные, если их так можно назвать, позиции так и не стали монопольными, хотя еще в 30-е годы свыше 60 его оппонентов или, просто, не сторонников были репрессированы. "Лысенковцы" упирали на "простые" решения и обещали поднять урожайность в несколько раз, если им дадут полностью развернуться, а не будут мешать "вейсманисты-морганисты" и "космополиты". В августе 1948 г. состоялась печально знаменитая «консолидирующая» сессия ВАСХНИЛ. После нее по разным оценкам несколько сотен ученых были уволены, и биология наконец стала полностью «советской», единообразно базирующейся на «мичуринском учении». Правда, это совсем не коснулось биофизики, зарождавшейся тогда в недрах Атомного проекта.

Опыт сессии ВАСХНИЛ советское руководство посчитало удачным, и его решили распространить на физиков. 3 декабря 1948 г. было инициировано письмо Президента АН СССР С.И. Вавилова и Министра высшего образования С.В. Кафтанова в ЦК КПСС с просьбой разрешить созвать Всесоюзное совещание заведующих кафедрами физики университетов и вузов. Как видим, Совещание готовилось на самом высоком уровне, и, конечно, не С.И. Вавилов и С.В. Кафтанов (очень «вменяемый» министр, уполномоченный ГКО по науке в 1941 – 45 гг.) стояли у его истоков. Целью Совещание указывалось «усиление идеологического влияния на преподавание и научные исследования в вузах». Разрешение было дано, и проведение Совещания было поручено Минвузу и Президиуму АН СССР. Программа Совещания предполагала центральный установочный доклад С.И. Вавилова, еще девять тематических докладов, типа "О мерах улучшения преподавания в технических вузах", а также выступления ряда ведущих ученых. Для подготовки докладов и выступлений Оргкомитет совещания (председатель – зам. министра высшего образования А.В. Топчиев, зам. председателя – академик-секретарь Физико-математического отделения АН СССР А.Ф. Иоффе) провел с 30 декабря 1948 г. по 16 марта 1949 г. подготовительную сессию из 42 заседаний, в которых участвовали в общей сложности 106 приглашенных ведущих физиков и философов. Однако на этом все и кончилось. Само Совещание сначала отложили, а потом и вообще отменили. Почему? Если в биологии "вейсманисты-морганисты" говорили о продолжении научных исследований, хромосомах и дрозофилах, а их оппоненты обещали скорый и ощутимый результат, то физики уже достигли впечатляющих успехов – с конца 1946 г. работал ядерный реактор и готовилось испытание ядерной бомбы. Поэтому, по-видимому, физиков решили зря не нервировать – пока, до первой неудачи. И когда 29 августа 1949 г. испытание успешно состоялось, советскую физику «консолидировали» на базе Атомного проекта и последовавшей гонки ядерных вооружений.

А вот химикам «не повезло». В июне 1951 г. прошло Всесоюзное совещание «Состояние теории химического строения в органической химии» …

Таким образом, встает такой вопрос. С одной стороны советское руководство развивало науку, а с другой стороны, проводило системные репрессии и преследования ученых. Почему? Очевидно, целью было полностью подчинить науку и образование в стране государственному директивному руководству. А такое руководство всегда некомпетентно, даже если руководители – сами выдающиеся ученые. Перипетии «советской» биологии явно свидетельствуют, что такая политика погубила бы отечественную науку. Да, как говорится, «не было счастья, да несчастье помогло». Советская наука была милитаризованной. Это ее и спасло, что видно на примере советского Атомного проекта.

Репрессии ведущих ученых-физиков

В последующие 50 – 70-е годы репрессии и преследования продолжались, но касались только отдельных ученых и коллективов, из которых наиболее показательный пример – академик А.Д. Сахаров, а менее известные – преследования в Физико-энергетическом ин-те в г. Обнинск в 1967 г., в Ин-те биофизики АН СССР в 1985 г. и др. Советская наука к тому времени стала вполне «советской».